Дорогой Дневник, я ненавижу своего босса!

Его светло коричневый, старомодный, и в то же время новый пиджак, прибавлял ему еще несколько лет. На первый взгляд я бы дала этому мужчине лет шестьдесят, но если приглядеться: пятьдесят – пятьдесят два. Не высок, немного полноват, темноволос, но по бокам уже проглядывается седина, и на лице трехдневная щетина.

– Да, это я. – Нерешительно отвечаю я, глядя на него с заметным подозрением.

Он улыбнулся.

– Добро пожаловать. – Любезно поприветствовал он, и, не спрашивая моего разрешения, взял мой багаж.

– Правда? – безумно обрадовалась я, и вся прежняя подозрительность тотчас исчезла. – Очень приятно! – дружелюбно протянула ему руку, и он охотно принял ее.

– Как прошел ваш перелет?

– Прекрасно! Спала всю дорогу! И теперь, набравшись сил, я готова приступить к своим новым обязанностям! – с неподдельной бодростью отвечаю я.

– Это очень хорошо. – Одобрительно улыбнулся мужчина. – Ну, тогда мы можем ехать.

На выходе из аэропорта нас ждал… раритетный ржавый, небесно-голубого цвета автомобиль марки «Москвич».

– Вы приехали на этой машине? – мне не удалось скрыть своего удивления.

– Вас что-то смущает? – прозвучал встречный вопрос.

– Н-нет, ничего. – Растерялась я на секунду. – Все нормально. Не важно, какая машина. Главное чтобы возила твой… – хотела добавить слово «зад», но вовремя остановила себя, – …тебя.

– Это верно. – Согласился Михаил Степанович. – Знаете, сколько лет моей Ласточке?

Должно быть, Ласточкой он называет эту самую машину. Не жену же? Наверное.

Он любезно открыл передо мною переднюю пассажирскую дверь, и она с противным скрипом открылась.

– Наверное, лет пятьдесят.

Судя по звуку.

Панов рассмеялся.

– Почти.

Усадив меня в свою Ласточку, он сел на водительское место, и с третьей попытки ему удалось-таки завести двигатель, причитая:

– Давай, родимая! Не подведи меня на этот раз.

– Почему перед гостьей? Я вообще-то к вам приехала сюда надолго. – Уверенно произношу я, на что получила удивленный взгляд неверующего:

– Надолго – это на сколько? – уточнил он, как-то странно оглядев меня с ног до головы.

– На год… Или больше. – Его вопрос меня очень смутил.