Ты мне не нравишься

Денис Владимирович лишь морщится.

– Умойся, – не просит, но приказывает тоном, которым босс отчитывает нерадивого подчиненного.

– Да всё нормально, – белозубо улыбается Миронов-младший, и губа вновь трескается.

Я чувствую кожей, как накаляется обстановка. Меня обдает жаром такой силы, что хочется силой оттащить этого придурка в ванну и обмакнуть его в раковину (а еще лучше, если в туалет), чтобы он не пререкался с отцом.

Я не знаю, чем зарабатывает на жизнь приветливый Денис Владимирович, но что-то подсказывает: у простых людей на столе не водится  черная икра.

Между тем, Артём садится за стол и пододвигает к себе блюдо с тарталетками. Не берет, просто заявляет на него права.

– Приветствую всех, – подмигивает он мне. – Отец, представишь нас?

Миронов-старший пасмурно молчит. Желваки его напряглись, пальцы сжались в кулаки. Кажется, он готов придушить неразумного сына голыми руками.

– Рада познакомиться. Марина Валерьевна, – отмирает моя мама, чтобы сгладить молчание.

– Я сам, – резко обрывает её Денис Владимирович. – Это Марина, моя невеста. А это её дочь, Софья.

– С Софьей мы имели честь пообщаться в более… интимной обстановке, – отвешивает шутливый полупоклон Артём. – Так значит, невеста?

– Именно. Привыкай.

– Видимо, вы ему понравились. Что-то он предыдущих тридцать невест со мной не знакомил. – Миронов-младший присвистывает. – Изредка я видел их выбегающими из его комнаты в одних трусах, но никогда – в одежде и за столом.

Пока моя мама хлопает ресницами, не понимая, как реагировать, зубы его отца скрипят. Громко так. Чуть-чуть, и в порошок сотрутся.

– Убирайся отсюда, если не способен провести один-единственный вечер прилично, – выдыхает мужчина, но сын отвечает улыбкой.

– Да успокойся, это просто шутка. Не самая удачная. Просто я растерян, никогда не знакомился с твоими невестами. Кстати, я – Артём.

Он протягивает мне ладонь.

– Я в курсе, – смеряю максимально мерзким взглядом.

– Может быть, приступим к еде? – мама всё ещё не теряет надежды смягчить удар. – Аж слюнки текут, так всё вкусно выглядит.

Следующие пять минут проходит в молчании, лишь изредка звякает посуда. Артём к еде не притрагивается, да и я вяло колупаю вилкой салат. Ужин – плохая идея, тут и говорить нечего. Уж не знаю, что не поделили Мироновы между собой, но ни тот, ни другой не рады увидеться. Они даже не смотрят в сторону друг друга.