Одинокий. Злой. Мой

У тебя есть список?

Он кивнул, передавая сложенный вдвое лист.

– О-о-о, – с интересом пробежался взглядом по тексту Виктор. – Я смотрю, кто-то увлекается запрещенными ритуалами?

Ингредиенты были не настолько очевидными, чтобы как-то их идентифицировать – поэтому Платон напрягся. Ему не нравилось, что Ковтун может узнать слишком многое. Только вот выбора не было. Запасы, оставшиеся от отца в особняке, кончились.

– Не волнуйся, – кажется, бес заметил сомнение, мелькнувшее на лице Платона. – Я понимаю во всей этой магической ерунде не больше, чем остальные.

Паук был хозяином Виктора, и тот определенно многое запомнил из того, чем он занимался.

– Ты сможешь мне помочь?

– Думаю, да. Это не так просто, но мы попробуем. Что ещё?

– Еще… – Платон помедлил, не зная, отдавать ли бумажку с именами родственников Марьяны.

Он и так слишком многое попросил у Ковтуна, и взамен тот может потребовать непомерную плату.

Нет, так нельзя. Он обещал ей.

Марьяна ждет его там, в поместье, за барьером, и будет настоящим издевательством лишить её правды.

– Я хотел бы узнать про этих людей… или нелюдей, – поправился Платон, отдавая исписанный мелким почерком лист. – Что с ними. Живы ли они, а если нет, то как и когда умерли.

– Какие любопытные у тебя просьбы, – бес склонил голову набок. – Альбеску, непонятные существа, расы которых ты даже не знаешь. Кто это, твои прежние подопытные?

– Не имеет значения, но нет, это не подопытные. Это – знакомые одной моей приятельницы. Кстати, про неё я бы тоже хотел разузнать. Марьяна Сциллова, – если, конечно, Мари не соврала насчет своего имени.

– Я запомнил, – Виктор кивнул. – Какие ещё будут поручения?

Он откровенно язвил, выглядел ну очень довольно, понимая, что взял Платона на крючок.

– Больше – никаких. Пока что. Теперь поговорим об оплате. Чего ты хочешь… кроме дружбы?

– Я всё же закажу выпить, – сказал Ковтун и щелкнул пальцами.

Тут же возле них материализовалась как будто из ниоткуда молодая чертовка. С виду она казалась обычной официанткой, но что-то подсказывало Платону: у Виктора на нее есть особые планы. Как минимум, одета она была в брючный костюм.