Амнистия по четвергам

Тебя Дмитрий Донской грязью облил, а потом стал целоваться с какой-то голой девицей, а ты его за это камнем огрела?

– Наташ, что за чушь ты несешь? При чем тут Дмитрий Донской? – Женя смотрела на Наталью так, будто у той и правда были не все дома.

– Так ты же сама сказала, что Дмитрий Донской на коне подскакал и окатил тебя грязью.

– Наташ, ну ты, как всегда, ничего не поняла. Да и непохож он был на князя Дмитрия. Скорее уж на Мамая. Противный такой тип, было в нем что-то от монголов…

И Женя пустилась объяснять все сначала.

Когда ее переполняли эмоции, и хотелось как можно скорее поделиться с подругой тем, что накипело на душе, Женя начинала спешить, путаться, и в результате понять смысл ее рассказа было очень сложно. Спустя час Наталье наконец-то удалось разобраться в злоключениях подруги.

– Слушайте, профессор Коршунова, ну вы, однако, даете! – покачала головой Наталья. – Вот так взяла и камень в машину запустила. А если б этот Мамай догнал тебя и шею намылил?

– Да я и сама не знаю, как так получилось.

Но понимаешь, я была в бешенстве, а тут этот камень прям под ногами лежал, как будто его специально кто-то туда положил.

– Ага, не иначе как сам Дмитрий Донской.

– Наташка, прекрати издеваться!

– Нет, дорогая моя профессорша, у тебя скоро крыша поедет от твоей работы. Нельзя же вот так улетать в свои мысли и ничего не замечать вокруг, а главное – не думать о последствиях.

– Да ладно тебе, – махнула рукой Женя. – Наверняка тот камень мимо пролетел. Да и в любом случае этому Мамаю ни в жизнь меня не найти.

Я на ту остановку больше ни ногой.

Наталья закрыла лицо руками, еле сдерживая смех.

– Ой, Женька, и что с тобой делать?

Та тяжело вздохнула.

– А Макс сволочь! – подытожила Женя.

– Да уж. Ты этому своему Мамаю должна спасибо сказать.

– Это еще почему?

– Если бы он тебя не задержал, ты приехала бы на день рождения Макса вовремя и еще долго могла не узнать, какой он на самом деле.

– Твоя правда, – вздохнула Женя, подперев подбородок кулачком.

– Не переживай, подруга, прорвемся.

– Да я и не переживаю. Только пальто жалко.

– Сдай в химчистку.

– Сомневаюсь, что это поможет. Ты же сама видела.

– Но попробовать стоит, – Наталья широко зевнула. – Так, давай в душ. Смывай с себя всю эту Куликовскую битву, а потом спать. Ты ложись на моей кровати, а я на Настиной.

У Натальи была восьмилетняя дочка Настя, с отцом которой они хоть и развелись пару лет назад, но остались в дружеских отношениях.