Амнистия по четвергам

Кто-то из гостей, изрядно набравшись, танцевал. Женя никого здесь не знала и обводила глазами зал в поисках Макса. Пройдя в глубину помещения, девушка вдруг заметила своего новоиспеченного ухажера. Он сидел, вальяжно откинувшись на спинку стула – в одной руке сигарета, в другой бокал шампанского. На коленях у Макса сидела какая-то девица, точнее, не сидела, а извивалась в некоем подобии танца. Бретельки ее платья были спущены полностью, обнажив грудь, которую она то и дело подставляла под жадные губы Макса, осыпавшего ее поцелуями.

– Кажется, день рождения удался, – усмехнулась Женя.

Она боялась предстать перед Максом в таком ужасном виде: слипшиеся от грязи волосы, чулки в серых разводах. Но, оказывается, Максу было плевать на ее внешний вид – он уже успел найти Жене замену.

– О, Женька, – посмотрел он на нее замутненным взором. – Приехала наконец.

Она ни слова не говоря развернулась и направилась к лестнице. Когда Женя уже сошла вниз и надела свое заляпанное грязью пальто, наконец-то появился Макс, грузно спустившийся вслед за ней.

– Ты куда собралась? – спросил Макс Женю.

– Домой. Мне здесь делать нечего.

– Ты же только пришла? – он то ли правда не понимал, почему она уходит, то ли прикидывался.

– Я вижу, тебе и без меня весело.

– Ты из-за Катьки, что ли? – до Макса, кажется, наконец-то дошло. – Брось, не психуй.

– Не психовать? Ты нормальный человек или нет?

– А что ты хотела? Ты не приехала, я расстроился, выпил немного, а Катька… Она просто станцевала для именинника.

– Отличный подарочек, ничего не скажешь.

Женя чувствовала, что ее начинало подташнивать от этого фарса.

– Жень, да ладно тебе, – Макс обнял ее за плечи. – Пойдем, выпьем, и я познакомлю тебя со всеми.

– Нет уж, увольте, – она сбросила его руку. – Иди и продолжай облизывать сиськи этой Кати или как ее там зовут. И не звони мне больше.

– Посмотрите, какая недотрога.

– Наверняка сотни две, не меньше, – усмехнулась Женя. – Прощай.

– Истеричка, – крикнул Макс вслед Жене.

За один вечер два человека назвали ее истеричкой. Может, и правда с ней что-то было не так? Женя вышла на улицу, где снова начался дождь. Уже совсем стемнело. Похолодало. Ледяной ветер пробирал до костей. Женя не злилась на Макса. Она вообще ничего не чувствовала.