Любимая для волков

Вадим открыл дверь и вытащил меня на свежий воздух.

– Ну как? – поинтересовался он, когда я стала осматриваться.

– Гораздо лучше тех фотографий, что ты мне показывал, – подтвердила с восхищением.

Чужой взгляд почувствовала иголками между лопаток. Обернулась, не заметив никого рядом, подняла взгляд. В одном из окон заметила мужчину. Хмурый, с руками, сложенными на груди, весь в черном он смотрел прямо на меня. В упор. Поежилась от колючего взгляда.

Вадим достал сумку из багажника.

– Ну что, готова? – подмигнул и обнял за талию. – Пошли.

Только мельком, перед тем как зайти в дом, посмотрела в то окно. Мужчины не было, а холод, с каким он смотрел, остался внутри.

– Привет, Кать, – поздоровалась я с сестрой Вадима, своей ровесницей. Мы не раз встречались в городе, и я была уверена: она моя союзница в этом нелегком деле. Обычно веселая девушка отреагировало вяло.

– Вадим, родители пока ушли, главный тут. – Она показала на комнату за собой.

– Ладно, ты иди к ним, позже мы зайдем с Ольгой, а с этим сам разберусь.

– Да что происходит?

Вадим взъерошил волосы.

У меня возник тот же вопрос, еще утром все было нормально, Вадик созвонился с родителями, и они нас ожидали, пригласили отобедать вместе, а тут какой-то главный, и, что важнее всего, встречали нас не родственники. Странно.

Мы прошли в гостиную. В кресле возле потухшего камина сидел хмурый незнакомец. Пронзительный взгляд пригвоздил, неприятный озноб прошел по спине, и появилось чувство, что в комнате похолодало.

– Что все это значит, Мирослав? – Вадим бросил сумку на диван и встал напротив мужчины, невольно закрывая меня от необоснованной агрессии.

– Зачем ты привел ее сюда? – Очевидно, относилось ко мне, теперь мужчина в черном обратился к моему парню. Да кто он вообще такой и почему позволяет так себя вести у Вадима?

– Может, я сам решу кого и когда приводить в свой дом? – ощерился Вадик.

– Ты знаешь правила. Она в курсе, кто ты?

Мужчина сложил руки домиком перед собой. Длинные и красивые пальцы. Тонкие, про такие говорят – музыкальные. Взгляд невольно пробежал до локтей, где начинались закатанные рукава и бугрились мышцы, скользнул дальше, к обтянутому тонкой черной тканью прессу и ниже, к джинсам, которые облегали мужчину, словно вторая кожа.