Любимая для волков

Третий – принятие решения, а на четвертый – я сам выкину эту девку из стаи. Мысленно представлял, как протягиваю руки к белой шейке, сжимаю, а то, что делал потом, мало напоминало убийство и походило скорее на самоубийство. Сжимал челюсти все сильнее и сильнее, настолько невыносимо было на них любоваться.

Специально обнял ее при встрече, чтобы она растерялась, даже через ее толстый свитер почувствовал, как встали ее соски, а потом и сам присоединился. Не выдержал и цапнул клешней по заднице. Все в ней манило и бесило одновременно.

Тренькнул телефон в штанах. Алина.

«Мир, ты где?»

Я прямо даже представлял ее взгляд, терпеть не мог, когда она начинала мурлыкать. Мы же не кошки в конце концов.

«У Вадима родителей жарим мясо», – тут же отписался и снова перевел взгляд на Олю. Она откусила от шашлыка, и жир стек прямо по руке. Вадим схватил ладонь и провел по ней языком. Девушка смутилась и вырвалась. Придурок, ну кто такое изображает перед родителями. У нас так принято, но не у людей. Мы не стыдимся, а они – да! Мы принимаем животную страсть со всеми ее проявлениями, а люди – осуждают, находят грязь в естественных вещах, хотя до жути хотят их попробовать сами.

Оля подскочила, как ошпаренная, что-то промычала насчет того, что ей надо в туалет, и вошла в дом.

– Слушай, Вадим, а ты можешь принести тот альбом?.. – Нахмурился, показывая, что забыл название известной давным-давно группы.

– «Огни»? – оживился он, даже Катя неожиданно поддержала.

– Вадь, принеси его, а? – Она ручки домиком сложила.

Это была одна из волчьих групп, они даже стали известны среди людей и получили всевозможные награды лет десять назад. Песни актуальности не потеряли, но альбом, особенно первый, был выпущен только на виниле. Вадим где-то на аукционе выкупил его за бешеные бабки, и теперь стая по очереди выпрашивала у него послушать. Как раз для сгущающихся сумерек.

– Присмотри за Олей, – тихо буркнул ей Вадим и буквально бегом побежал к себе домой. Катя была занята беседой с матерью, я же невзначай забрал одну из опустевших тарелок и двинул в дом.

Закрыл глаза и с удовольствием потянул носом, я мог без ошибки сказать, что она делает и даже уловить, как сердце застучало, когда дернул ручку ванной комнаты, понадеявшись, что она забыла ее закрыть.

– Кто там? – тихо взвизгнула за дверью Оля.

– Страшный серый волк, – хмыкнул я и чуть грубее заметил: – Ты там закончила?

Замок провернулся, и она испуганно произнесла:

– Прости, да, конечно.