Любимая для волков

Кровь брызнула прямо на морду, и чувство удовлетворения на мгновение заполнило, когда понял, что противник подо мной не двигается.

Но беспокойство не прошло, не спало, а только нарастало, хотя уже гудели ноги и голову вело, словно я перебрал алкоголя. Оставил уже мертвого оленя на расправу падальщикам и снова понесся по лесу, теперь уже с более ясной целью. В дом Алины, моей давней любовницы. Добрался за непродолжительное время, затарабанил в дверь. Открыла в оставленной мной футболе, сонная, всклокоченная.

– Что с тобой? Ты весь в крови. – На секунду в глазах появилась паника, но она умная волчица. Дал ей себя разглядеть получше, и она хмыкнула, когда увидела мой возбужденный член. Пропустила в дом без единого слова.

Дверь только успела закрыться, как она запрыгнула на руки, обнимая ногами. Сжал ягодицы и почувствовал под ладонями шелковые трусики. Это взбесило, и я разорвал их. Она взвизгнула от того, как ошпарила кожу ткань, и тут же набросилась с жаром на мои губы. Грязные, уже оба измазанные моей и оленьей кровью, завалились на пол гостевой комнаты.

Рывком поставил ее на четвереньки, она что-то нечленораздельно промычала, но я лишь проверил ее готовность пальцами и тут же ворвался внутрь. Алина вздрогнула, следующим толчком выбил всхлип. Не так. Ворвался еще, хлопнул по заду, подначивая. Давай же. Алина пыталась устоять на четвереньках, упиралась руками, еле выдерживая напор. Простонала. Не то. Нарастил темп.

– Ну же, детка, – потребовал от нее.

– Мир, еще, – подсказала Алина, и я ускорился. Она взвизгнула, уткнулась лицом в пушистый ковер. Кончила.

Сделал еще несколько движений, уже осознанно представляя Олю перед собой, и тело сразу получило физическую разрядку. Замер, и какое-то мгновение мы громко дышали в темной гостиной. Первой в себя пришла Алина, осторожно отклонилась в сторону.

– Ты откуда такой бешеный? – Она поднялась, прошла в кухню, и я услышал звук открываемого крана и напор воды, как жадно она пьет.

– Держи, – протянула мне стакан воды, и я за несколько глотков осушил его.

– Ты на охоте был? – не отставала Алина с расспросами. Кивнул. – А бок твой? – провела ладонью по ребрам, и я перехватил руку, слишком чувствительно: на разодранном месте еле заметный рубец, у оборотней великолепная регенерация.