Дракон моего сердца

Гилмор навис практически сверху и если бы не узкий коридор, то стоял бы непростительно близко. Я вынуждена была поднять лицо, чтобы посмотреть ему в глаза.

– Могли ли бы вы не пугать своим неожиданным появлением?!

– Прошу прощения, – усмехнулся князь одной стороной рта, глаза же продолжали меня внимательно изучать. Даже показалось, что хочет меня потрогать, чтобы в чем-то убедиться, и только приличия стояли между нами. Хотя я в этом засомневалась: наличие соседей вряд ли остановило бы этого странного мужчину.

Минута молчания затягивалась, но казалось, что смущала эта ситуация только меня. Поезд качнуло, и я подалась вперед. Князь выбросил руку и рефлекторно удержал меня, вторая рука прочно легла на поручень рядом. Вот теперь правила приличия точно нарушены. Мы прикасались друг к другу телами. Причем князь еще и продолжал меня удерживать без видимой на то необходимости. Я же металась от его внимательных, изменяющих цвет глаз к губам. Таким мягким и горячим, я помнила, какие они на вкус.

– Я вот в толк взять не могу, – первым нарушил молчание Гилмор, – Что вы делали в моем купе? Ночью.

От этого обвинения я вспыхнула как спичка, ни один человек не будет произносить такого вслух, даже если бы это заметил. Приличный просто промолчал бы!

– Пустите! – прошипела я.

– Так я и не держу, – в свою очередь заметил князь, и, казалось, моя температура тела еще поднялась на несколько градусов. А ведь и правда не удерживает, это уже я сама льну к дракону! Что за возмутительное поведение!

Я дернулась в сторону, словно князь был заразен, и поторопилась спрятаться за дверью купе.

– Попалась, – тихо, но отчетливо проговорили в дверь, я же зажмурилась и промолчала, сделав вид, что ничего не услышала.

Глава 5

Еще одна долгая ночь прошла, и наконец-то утро, осветив солнечными лучиками, что отскакивали в искрившийся снег, встретило великолепно выстроенным из добротного белого кирпича Санкт-Вележском.

Величественные здания, широкие мощеные улочки, великолепная лепнина на окнах и позолота в рамах. Покатые черепичные крыши поддерживали исполины, высеченные из камня гиганты, охранявшие вход в государственные учреждения. В отличие от прохожих, прикрывались они исключительно виноградными листьями в тон коже, такой же белой, как и мрамор.От каждого дома веяло историей, достоинством и величием.