Дракон моего сердца

В поезде заметно похолодало, сложилось ощущение, что входные двери открыли, забыв закрыть. Я осмотрелась в поисках теплой одежды. Вот оно. Пальто, отороченное черным мехом. Мстительно пронеслась мысль, что на таком морозе Гилмор наверняка замерз, хотя навряд ли. Судя по жару, исходящему от него, драконья сущность обладала внутренним огнем.

Провела рукой по меху, мягкий на ощупь, приятный. Вспомнилось, как он закрывал им лицо. Теперь я поняла: чтобы никто не признал в нем дракона и князя. Натянув на себя чужое одеяние, уселась на софу, старательно избегая смотреть на подготовленную ко сну кровать.

Мужской, свежий и чуть дразнящий запах моментально окутал, погрузив в состояние легкого ступора и расслабленности. И где-то в томительном ожидании хозяина купе 2А я соскользнула в сон.

Проснулась от резкого толчка и, потирая глаза, села на кровати. Поезд тронулся. Я хотела подняться, но осталась сидеть, боясь пошевелиться, только сейчас замечая, что в купе не одна. Дракон стоял над умывальником и смывал что-то с рук, что-то черное.

Мужчина стоял полубоком, поэтому рассмотреть его полностью не представлялось возможным.

– Отомрите, – неожиданно произнес он, поворачиваясь ко мне. Белым вафельным полотенцем Гилмор вытер руки и отбросил его в сторону.

Спиной двинулась к выходу. Мужчина поднял вопросительно бровь, наблюдая, как я нервно дергаю ручку двери. Слава богу, она была не заперта, я выскочила в коридор, промчалась до своего купе и успокоилась только тогда, когда повернула защелку несколько раз.

«Меня же могли увидеть в его комнате!» От этой мысли становилось дурно, так дурно, что голова разболелась, а во рту пересохло. Я трясущимися руками умылась, кое-как разделась, переодевшись в пеньюар и теплую ночную рубашку.

На кровать долго не решалась лечь, и виновато в этом было исключительно разыгравшееся воображение. Конечно, ведь наши купе были зеркальными, и, по сути, две кровати, мою и дракона, разделяла тонкая перегородка вагона.

Ругаясь последними словами, я все же через силу забралась в постель и укрылась, старательно избегая смотреть на стену, за которой наверняка уже смотрел десятый сон князь.

Но даже мерный стук колес и покачивание поезда не смогли усыпить, мне казалось, что я могу ощущать жар тела князя даже через стену…

– Лилия, Лилия, – звал меня сквозь сон навязчивый голос дракона, и я подскочила на кровати, сгоняя последнюю память минувшей ночи и сна. Явь же предстала в виде моего купе и разбросанных по нему вещей.