В клетке со зверем

Как вы себе это представляете? Откуда ей было знать, что она обязана перед вами отчитываться в подобных вопросах?

– Я поговорю с ее матерью, когда увижу, – процедил он.

– Но она проводит с девочкой только выходные, с вами Софи пять дней в неделю.

– Вас послушать, так я самый ужасный отец на свете. Но я люблю свою дочь! Просто у меня не хватает времени.

Сейчас мужчина выглядел таким уязвимым, что очень хотелось ему помочь.

– Идите к Софи. Извинитесь перед ней. Скажите, что погорячились, а главное, что любите ее.

– Пойдемте вместе.

– Вы боитесь? – усмехнулась я.

– Вот еще! Я не боюсь свою пятилетнюю дочь, – возмутился Максим. – Но ваша поддержка не помешает.

Софи ждала нас в детской, спрятавшись за балдахином кровати. Стоило нам войти в комнату, как девочка крепко обняла своего плюшевого кролика и потупила глазки.

– Детка, я хотел извиниться, – виновато проговорил Максим и сел на ее кроватку. – Я не должен был злиться.

Малышка отложила в сторону свою игрушку и переползла на колени к папе.

– Принцесса, пообещай мне, что будешь слушаться Таню и научишься читать.

– Хорошо, папочка, но ты со мной все равно поиграешь в понедельник?

– Поиграю, обещаю. А теперь мне пора. – Он подкинул Софи несколько раз в воздух, и она звонко рассмеялась. – Татьяна, можно вас на минуту?

– Конечно.

Мы вышли в коридор, и Максим плотно закрыл дверь детской. В его глазах загорелись недобрые, пугающие огоньки. Он снова хотел играть, но на этот раз я не желала следовать его правилам.

– Татьяна, перед вами я не извинился за свою вспыльчивость, – прошептал он, наклоняясь к моему уху так близко, что от его дыхания по телу прошла россыпь мурашек.

– Я не сержусь, – холодно ответила я, отступив на шаг.

– Но я же вижу.

– У меня нет причин на вас злиться.

– Да, но достойный начальник должен иметь с подчиненными хорошие отношения.

– Достойный начальник не должен иметь с подчиненными никаких отношений, – отрезала я.

– Татьяна, что с вами? – серьезно спросил Максим.

– Со мной все хорошо. Теперь все хорошо. Я прошу вас не вести себя со мной подобным образом.

– О чем вы?

– Обо всем этом! И тот вечер, когда мы пили коньяк… Мне жаль, что так вышло.