Печать Василиска

– Не думаю, что по самую маковку, – возразил Гришаев. – Потому что, согласно все тем же преданиям об озерном змее, раз в сто лет, аккурат в Василискову ночь, со дна Мертвого озера доносится колокольный звон.

– Ой, батенька, рассмешили вы меня! – дед и в самом деле издал звук, отдаленно напоминающий смех. – Вот хотите верьте, хотите нет, а сколько живу в Полозовых воротах, а никакого звона ни разу не слышал.

– Так, может, время еще не пришло? – сказал этнограф таким тоном, что, несмотря на жару, у Али по спине пополз холодок.

– Может, и не пришло, – легко согласился дед. – Я, конечно, уже достаточно старый, но мне еще не сто лет. Мог и не застать сие замечательное явление. Господа, – он снял очки, устало потер глаза, – надеюсь, никто не станет возражать, если мы откроем окна. Душно, господа, очень душно.

– Никто не станет возражать, – Егор встал из-за стола, направился к окнам. – Подумаешь, гроза! Что мы здесь, дети малые, чтобы грозы бояться?! – Не без усилий он распахнул окна, и в комнату в тот же миг ворвался свежий, пахнущий озоном воздух.

– Эх, благодать! – Вадим Семенович расслабленно откинулся на спинку стула, многозначительно посмотрел на еще практически полную бутылку вина. – А может, без грозы как-нибудь обойдется?

– Не обойдется, – заверил его Егор, и в ту же секунду, словно в подтверждение его слов, ночное небо расколола надвое яркая вспышка.

Вслед за молнией ударил гром, да так сильно, что в окнах задребезжали стекла. Впечатлительная Эллочка испуганно взвизгнула, прижалась к мужу.

– Ребята, ну давайте не будем закрывать окна! – Егор подался вперед, всматриваясь в ночное небо. – Это же ненадолго, сейчас погремит-погремит да и перестанет.

За окном опять громыхнуло, на мгновение комнату залил ослепительный белый свет. Аля невольно зажмурилась.

– Красотища-то какая! – услышала она голос Егора. – Нет, вы только гляньте, что творится! Ну идите же скорее сюда, на это стоит посмотреть!

Он был так убедителен, что разомлевшие от выпитого вина и жары гости вдруг разом решили откликнуться на его призыв – сгрудились у распахнутого настежь окна.

Аля стояла за спиной Гришаева и не могла оторвать взгляд от разворачивающегося за окном действа. Светопреставление, по-другому и не скажешь! Молнии били не просто так, молнии били прицельно – в самый центр озера.