Печать Василиска

– А что там с договором? – Вадима Семеновича, похоже, фамильные тайны Бежицких волновали гораздо меньше, чем старинные предания.

– Настасья пообещала руку и сердце живущему в Мертвом озере змею в обмен на какую-то услугу, – Гришаев покосился на закрытые окна, многострадальным носовым платком стер выступивший на лбу пот и проворчал: – Жарко-то как.

А ведь и в самом деле жарко! А после того как сам же Гришаев закрыл все окна, жара стала просто невыносимой. Вон даже железная леди Елена Александровна украдкой обмахивается салфеткой.

– И как – сделка состоялась? – Егор стащил с себя пиджак, закатал рукава сорочки.

– Состоялась! – усмехнулся Гришаев. – Змей и Настасья обвенчались в Василискову ночь в маленькой деревянной церквушке.

– Позвольте усомниться в ваших словах, любезный. – Вадим Семенович последовал примеру Оленина: сбросил пиджак и сорвал с шеи платок. – Утопленница и хвостатая нечисть обвенчались в храме Господнем! Это же противоречит всем человеческим и божеским законам.

– Противоречит! – этнограф улыбнулся так, словно ждал подобного вопроса. – Вот именно по этой причине оскверненная церковь в ту же ночь ушла под воду.

– То есть как это – ушла под воду? – удивился Вадим Семенович.

– Самым натуральным образом. Церковь стояла на берегу озера. Даже не на берегу, а на полуострове, уходящем в глубь озера метров на двести. И как только Змей и Настасья обвенчались, полуостров вместе с церковью ушел под воду.

– Правда, что ли? – Вадим Семенович посмотрел на Алиного деда.

– Если вы спрашиваете меня, была ли церковь, то да – правда, – тот кивнул. – В том же тысяча семьсот девятом году что-то случилось с Мертвым озером, и полуостров со всеми постройками затопило.

– А что могло случиться с озером? – оживился Егор.

– Не знаю, – дед пожал плечами. – Может, произошел какой-то тектонический сдвиг, я не силен в таких вещах, но то, что случилось наводнение и церковь буквально смыло с лица земли, подтверждено документально.

– Здорово! – непонятно чему обрадовался Егор. – Так, значит, церковь и по сей день где-то там, на дне озера?

– Выходит, что так.

– А исследовать ее никто не пытался? Ну, нырнуть на дно с аквалангом?

– Насколько мне известно, нет. Да и какой смысл? Церковь не представляла собой особой исторической ценности. И потом, столько лет прошло, ее уже, наверное, илом занесло по самую маковку.