Тауэрэл. Заложница Воронов

Однако секунды растянулись в бесконечность и показалось, что прошли часы перед тем, как она погрузилась в вязкие, тёмные воды обморока.

***

Мрак и пустота. Волнующие, но в то же время успокаивающие. Ни запахов, ни вкусов. Ни единого напоминания о жизни за их пределами. А главное: никакой боли.

Одиночество, не скованное грустью – именно так можно было назвать чувство, что преобладало в этом месте.

«Может такова смерть?» – подумала Эллиана, и её мысли зазвучали эхом в кромешной тишине.

Она сделала несколько неуверенных шагов, и ноги показались ей невероятно тяжёлыми.

Некуда идти, некуда бежать. Так что же дальше? Оставалось только ждать. Но чего? Кого? Она не знала.

Нечто коснулось её плеча. Нечто лёгкое, невесомое, словно дуновение ветра. До чего же знакомо было то чувство. Прикосновение повторилось. На этот раз оно задержалось на плече и соскользнуло. Но кому оно принадлежало? Мрак немилосердно скрывал того, кто был в ответе за такое нежное движение.

– Элли… – послышался шёпот.

Знакомый шёпот. Её шёпот. Шёпот той, кто была нужна девушке сейчас, как никто другой.

– Мила? – спросила она пустоту.

– Элли… – повторили сгустившиеся тени и невидимые руки обвили шею девушки, так же, как когда-то в далёком детстве. – Ты справишься… Мы справимся, Элли. Мы всегда справлялись.

Эти слова продолжали звучать в её ушах, даже когда земля из-под её ног внезапно пропала и Эллиана провалилась, открывая глаза по ту сторону сна.

***

Приоткрыв неподъёмные веки, девушка не преминула об этом пожалеть. Комната, щедро залитая дневным светом, кружилась перед её размытым взором, тошнота подступила к горлу, а затем боль напомнила о том, что случилось ранее. Поморщившись, она тихо застонала, на что дверь тут же отворилась и на пороге появился Локк.

– Вы очнулись? Это хороший знак. – кивнул он и энергично подойдя к кровати, поднёс к её губам кружку с отваром. – Выпейте. Это снимет боль.

Приподняв голову, Эллиана осилила пару глотков.

Пока тепло зелья продолжало разливаться по телу, девушка наблюдала за методичными действиями Локка. Он присел на табурет возле её ноги и принялся снимать плотную, пропитанную кровью повязку. В своём воображении она уже начала представлять ужасную картину.