Щит Зогры

Нет ничего плохого в том, что вам хочется вернуться. Увидеть все самим. Это случится, когда придет время.

– Ты что-то знаешь, да? – догадался Миро.

Теперь ему придется ответить. Ничего другого не остается. Начнет отнекиваться – все сразу поймут: он скрытничает. В общине, где все держится на полном доверии, это верный способ лишиться своего места.

– Ладно, сами напросились, – вздохнул вожак. – Хотя, когда-то вы должны обо всем узнать, так почему не сейчас? Расскажи им, Трухля.

А тот вдруг опустил плечи, осунулся весь.

– Вы же помните Зирота?

Еще бы им не помнить. Три лета назад, Большое Испытание. Мальчишка со сломанной ногой – за день до того неудачно упал, помогая чинить в доме крышу. Мальчишка, на которого младшие хотели быть похожими. Он ведь был одним из лучших. До того дня. Не смог добраться до реки, а это было только самое первое, самое простое из препятствий.

Провожать его тогда не вышел никто – не решились нарушить запрет, только из окон наблюдали.

Никто, кроме деда. Кроме Трухли. Родные по крови – единственные, кому позволена эта маленькая слабость.

– Прошлой осенью, когда засуха была, живность вся к горам сбежала, – продолжил старик. – Ну и мы за ними отправились. И…

Трухля замолк, отвернулся. Тогда вожак положил руку ему на плечо. Кажется, сжал слишком сильно, потому что старик вздрогнул, стиснул зубы. Однако рассказ свой все-таки закончил:

– Мы нашли там кое-что среди деревьев.

– Так может это и не Зирот был? – робко поинтересовался Румс, крепко обхвативший колени руками.

Трухля покачал головой. Вынул из кармана что-то маленькое, не разглядеть. Поднес ближе к свету костра.

Клык на потрепанной веревке. Пожелтевший, стесавшийся. Совсем маленький, детский. Зирот всегда носил его на шее. Свой первый выпавший зуб. Говорил: на удачу.

– Мы же не знаем, что там случилось, – пожал плечами Миро. Старался сохранять видимость хладнокровия, хоть и понимал уже: все не так просто. – Мало ли: оступился, с больной ногой не мудрено. Ударился о камень.

Вожак покачал головой.

– Могло быть и так. Но кроме головы и вот этого, – он указал на амулет, – мы не нашли больше ничего. Как и девять зим до этого. Они не дошли до границ Зогры, потому что им не позволили.