Здравствуй, папочка Мороз!

Отойдя к окну, я сосредоточила взгляд на хаотичном движении никогда не спящего города там, внизу. Представить, что отцом моего ребенка мог быть Павел Мельников – все равно что поверить в чудо. И что бы я ни говорила сыну про заветные желания, сама ни во что подобное давно не верила. И даже думать обо всем этом дальше не стоило.

Впрочем, события следующих дней заставили меня несколько пересмотреть свои убеждения.

– Мирон, тебе бы за такие фокусы открутить какую-нибудь важную часть тела, – рыкнул я, стоило только другу показаться на пороге моего дома.

– Знаешь, а я ведь знал, что ты скажешь именно так. Поэтому вот, – Мирон всучил мне старого доброго Джека Дэниэлса и пакет с закуской. Сам же принялся переобуваться, будто только его тут и ждали. – Сашку дома оставил. Хотя, она очень хотела приехать со мной, – добавил он совершенно обыденным тоном.

Ну-ну, представляю, с какой целью оставил. Так и вижу, как Саша с горящим взором стала бы требовать от меня рассказать, что же случилось, и почему Митя настолько на меня похож.

Об этом, кстати говоря, я думал, не покладая головы. Представить, что переспал с его матерью и забыл об этом, а она, такая вся гордая, молчала несколько лет о рождении нашего общего сына – было нереально. В это мне не верилось от слова «совсем».

С другой стороны, имелся некий эпизод моей жизни, в котором я успел поучаствовать чисто из любопытства, и о котором вспомнил лишь сейчас. Хотя, надо сказать, пару лет после того, как он произошел, я и пытался раскопать, кто же в тот момент был со мной.

Пройдя на кухню, я поставил бутылку на стол и, порывшись в пакете с закусью, извлек из него то, чего и ожидал. Сырная тарелка (один хрен ведает, почему Мирон упорно приносил именно ее к Джеку), пара лимонов. Ну и конечно, минералка. Понятно. Ночевать будем вместе.

– Знал, что я буду грозиться открутить тебе важное? – хмыкнул я, разливая янтарную красоту в бокалы. Подумав, бросил в каждый по паре кубиков льда и по кружочку лимона.

– Не то слово.

Мирон развалился на диван, к которому я и направился, держа в руках поднос с закусью и напитками. Ну прям официантка на выданье.

– И зачем тогда это сделал? – поинтересовался я, не так чтобы особо надеясь на какой-нибудь внятный ответ. – Да просто так.

Друг подернул плечами и отпил добрую половину из бокала.

– Просто ты такой ржачный был.

Ржачный я был, ага. Их же с Сашкой стараниями.