Здравствуй, дочь!

В конце концов, бывает всякое!

– Спасибо, Эм, – сказал я подруге на прощание перед тем, как подняться со своего места и отправиться домой, чтобы собраться на встречу с дочерью. И ее матерью, конечно же.

– Привет, – сказала мне Лера, распахнув дверь.

Я посмотрел на нее озадаченно и деликатно поинтересовался:

– Ты всем так просто открываешь на звонок?

– Вот еще! – фыркнула дочь. – Сначала я посмотрела в глазок.

Тут я заметил отодвинутый в сторону табурет и удовлетворенно кивнул:

– Очень предусмотрительно.

Ты молодец.

Никак не отреагировав, Лера пошла вглубь квартиры, крикнув по пути:

– Мам, Роман Андреевич пришел!

Я ощутил, как от ее слов нутро полоснуло неприятным холодком. Очевидно, папой меня ни называть, ни признавать никто не собирался.

«Ну а чего еще ты хотел, Васнецов?» – насмешливо поинтересовался внутренний голос и я мысленно рявкнул на него, приказав заткнуться.

– Привет, – запыхавшаяся Аня вышла мне навстречу. От ее вида – слегка растрепанного, но притягательного – защемило сердце.

Разве я мог допустить, чтобы она умерла? Это просто невозможно. Такого не должно произойти!

– Привет, – ответил просто. – Ты в порядке?

– Что? – выдохнула она, а потом, видимо, поняв, что я имею в виду, отмахнулась:

– Да. Я запыхалась, потому что воевала с банкой огурцов. Она не хотела открываться.

– И каков результат боя?

– Наши победили.

Я улыбнулся, стараясь не слишком откровенно на нее пялиться, особенно на грудь, четко проглядывающуюся под футболкой.

Но это было просто невозможно – Аня так и притягивала взгляд. И так было всегда. Сколько я себя и ее помнил. Забавно было теперь вспомнить, со сколькими мальчишками я подрался из-за того, что они смели на нее смотреть! Вряд ли Аня подозревала, какой кучи потенциальных ухажеров я ее лишил за годы нашей дружбы.

– Я сейчас соберусь, – первой опомнилась она. – Я быстро.

Слово Аня сдержала – уже десять минут спустя мы сидели в моей машине. Лера устроилась сзади, ее красивая мама – рядом со мной.

«Все как в тот день», – мелькнуло в голове. Я снова услышал визг шин и звон бьющегося стекла и, почти не отдавая себе в том отчета, глухо попросил:

– Пересядь.

– Что? – не поняла Аня.

– Пересядь назад.

Она молча послушалась, я же проклинал себя за то, что приехал на своей машине. Мне понадобились годы, чтобы снова заставить себя сесть за руль. Но теперь, когда у меня была дочь, пожалуй, лучше было опять нанять личного водителя.