Я тебя (не) прощу

Но держать ответ перед этой женщиной должна была точно не я.

– Я сейчас вернусь, – быстро кинул ей Арс, с какой-то словно бы досадой стряхивая руку невесты со своего локтя.

А потом он внезапно оказался рядом. Схватил меня за запястье и буквально поволок на улицу.

Хотелось выдернуть руку из его наглого захвата. Он тащил меня за собой, как какую-то вещь или собачку на поводке, и от этой мысли внутри меня все буквально взорвалось.

– Пусти! – процедила сквозь зубы, но не стала открыто вырываться, чтобы не привлекать лишнего внимания.

– Сначала поговорим, – непререкаемым тоном отрезал он, открывая дверь на улицу.

Мы оказались на пустой летней веранде. Студеный ветер, словно завидев долгожданную добычу, мгновенно накинулся на нас со своими ледяными объятиями, отчего я зябко поежилась и едко прокомментировала:

– Решил снова выкинуть меня на мороз? Конечно, такой змее, как ты, холод не страшен – у вашей породы талант приспосабливаться ко всему, а вот нормальным людям вроде меня…

Я резко замолчала, потому что в меня внезапно прилетел пиджак.

От материи, еще хранившей чужое тепло, исходил пряный аромат. Прислушавшись, я поняла – это был кардамон в обрамлении ванили. Тот же самый запах, что Арсений носил, когда мы были женаты. Тот самый аромат, который я сама ему подарила.

Я взметнула на него удивленный взгляд, но Арс на меня уже не смотрел. Цепляясь руками за перила, он отсутствующим взглядом провожал протекающих мимо нас людей.

Но его задумчивость оказалась обманчивой. Так и не поворачивая ко мне головы, он приказным тоном скомандовал:

– Надевай.

Его властность породила внутри меня раздражение. И как я раньше не замечала, что за человек прячется под личиной заботливого мужа? А может, просто не хотела замечать? Может, мне было жизненно необходимо верить, что меня кто-то любит…

– А вот и надену, – огрызнулась я, просовывая руки в рукава пиджака.

Черта с два я буду мерзнуть из-за этого гада!

– Так что ты хотел? – спросила, устав дожидаться от него каких-либо слов.

Впрочем, Арсений никогда и не был сильно разговорчив. Любым словам он предпочитал действия. Жениться на мне, поставить на ноги… обобрать до нитки. Все это он делал уверенно и решительно.

– Ты должна отказаться от этого заказа, – донесся до меня его ровный голос.

Мои брови стремительно подскочили вверх.

– Да что ты? – язвительно отреагировала я.