Наука страсти нежной

Так тебя точно никто по описанию не узнает. Хочешь?

– Дурак, – прошипела я и вошла в парикмахерскую.

– Эй, – крикнул он мне вслед, – погоди!

Я вернулась. Роберт протянул мне через окошко машины несколько тысяч.

Взятых, без сомнения, из моего кошелька.

Он сидел в машине напротив салона, я видела его через стеклянную стену. Обесцвечивание, краска и стрижка заняли немало времени – однако он спокойно ждал окончания издевательства над моими волосами.

Из парикмахерской я вышла платиновой блондинкой. С одного боку пряди волос были частично розовыми и зелеными на концах, с другого светлые волосы обриты почти наголо.

– А тебе идет, – хмыкнул он, когда я вернулась в его машину. – Очень стильно получилось.

– Будто ты разбираешься, что стильно, а что нет. Ты вообще кто?

– Никто.

– Странно, что ты не ответил «дед Пихто».

– Дура.

– От такого слышу.

Мы покинули Егоровку и снова колесили по разным шоссе час-другой. Я засыпала – немудрено после бессонной ночи – и просыпалась время от времени.

– Куртка, – вдруг произнес Роберт.

– Какая куртка?

– Мы должны были купить тебе новую. У меня вылетело из головы.

– Зачем?

– Слушай, ты нарочно? Признайся, тебе просто нравится меня злить, да?

– А что я такого сказала? – надулась я.

– Глупость сказала! – повысил он голос. – Я ведь тебе еще в лесу объяснил зачем!

– Да ладно… Чего злишься… Это не срочно ведь. Ты сам говорил, что пока меня никто не станет искать.

– А я, по-твоему, сколько времени с тобой буду нянчиться? Может, поживем вместе недельку? Или давай вообще поженимся и умрем в один день?! Хотя с тобой не получится в один день: ты меня в могилу за месяц сведешь своей тупостью.

– А ты меня – за пару дней. Своим благоуханьем, – ядовито произнесла я.

– Запах легко устранить за несколько минут мытья в душе. А вот тупость – это навсегда. Ничем не соскребешь! – заорал он.

– Да иди ты… – безразлично ответила я и снова закрыла глаза.

Видела из-под ресниц, как он покосился на меня.

Не знаю, сколько мы еще проехали, но спустя некоторое время Роберт разбудил меня. Мы находились в каком-то очередном городишке, с виду малоприветливом, и он притормозил возле жилого многоэтажного дома. На первом этаже лесенка вела к двери, над ней вывеска: «Женская одежда». Подъезды явно с обратной стороны, выходят во двор, – а магазин смотрит на улицу.