Предсказанный враг

– За что пьем?

– За твоего будущего ребенка! Имею я право порадоваться за тебя?

Велия доверху наполнил бокалы рубиновым вином, подождал, когда возьмет отец, и поднял свой. Глухо звякнув бокалом о бокал, он, словно что-то вспомнив, усмехнулся и осушил его в два глотка.

Владыка, сделав небольшой глоток, повертел бокал в руках и небрежно спросил:

– А вы, кстати, не хотите снова порадовать меня внуками?

Велия поморщился.

– Вряд ли. Боюсь, что я несколько поднадоел Тайне за шестьдесят-то лет.

– Откуда такие поспешные выводы?

Велия дернул плечом.

– Не знаю. Мне так кажется. – Он помолчал, сосредоточенно разглядывая расписанную золотом тумбу, и поднял глаза на отца. – Я вернулся ночью и, естественно, не обратил внимания, а сегодня, когда Тайна еще спала, обнаружил на столике у кровати вот это. – На его ладони лежала засушенная веточка.

Владыка, не касаясь «гербария», нагнулся, внимательно разглядывая, хмыкнул и посмотрел на сына.

– Рейна? Зачем ей эта трава?

– В некоторых рецептах целители людской расы используют ее как траву, предотвращающую зачатие.

– И что это значит?

– Она больше не хочет детей или чего-то боится.

– А может, стоило с самого начала ей объяснить, что в этом мире рождение новой жизни зависит от ее желания, а не от глупой физиологии? И уж тем более не от каких-то там трав…

– Вообще-то я думал, что это сделали целители…

– И еще, – словно не слыша сына, продолжил Пентилиан, – самое главное в любом союзе не только уметь слушать, но и заставлять слушать.

Вот сегодня вы наверняка поссорились. А иначе ты бы не вернулся. Я прав?

Велия устало провел ладонями по лицу и снова потянулся за бутылью.

– Прав. Сегодня она… Мне не нравится, когда читают нотации перед детьми! И когда я увидел ее сегодня с Крендином… – Заметив удивленно приподнятые брови отца, он махнул рукой. – Ничего такого. Просто он влюблен в нее, но искренне пытается быть другом. Мне его даже жаль. Он ведь все эти годы живет рядом с нами и уже привык считать нашу семью своей.

Для Тайны он кто-то вроде брата. Сегодня мне было бы трудно с ней разговаривать, и я просто изобразил ревность, чтобы был повод уйти к тебе. Хочу побыть один и подумать… И еще за эти два дня мне приснился сон. Странный, непонятный. Будто я наблюдаю за кем-то со стороны… Не знаю! Вся эта мешанина заставляет меня быть на взводе. – Под пристальным взглядом отца Велия снова налил себе вина и выпил.