Отпустить или влюбить?

И вот когда я уже был готов забронировать билеты до Екатеринбурга, из динамиков донеслось: «Здравствуйте. Да, София Егоровна вернулась».

Хватаю телефон, отключаю громкую связь и спрашиваю:

– Она сегодня будет у себя?

– Пока никаких других распоряжений не было, – слышу ответ.

– Неужели бог услышал мои молитвы? – произношу вслух, когда отключаю вызов. Я, в отличие от Софии Егоровны, могу подвинуть свой график, чтобы лично рассмотреть, какого цвета у неё глаза.

– Что значит, не принимает? – рычу на секретаршу, или кем она является.

– Она просила сегодня её не беспокоить, – пищит Дашенька.

– А когда она освободится?

– Я не знаю.

– Чудно. Я буду ждать здесь, пока ваша София, – чертыхаюсь про себя, – Егоровна не освободится.

– Но у нас не положено, – пытается возражать эта пискля.

– Кем не положено?

– Софией Егоровной!

Выгибаю бровь, красноречиво буравя взглядом преданную помощницу.

– Вы можете обратиться к другому юристу, – не сдаётся Дашенька.

– Мне не нужен другой! Мне.

Дашенька вбирает голову в свои маленькие плечики.

Усаживаюсь на диван и не свожу взгляда с Дарьи. Та елозит на рабочем кресле, кусает губы, но идти в логово своей начальницы не желает. Похвально, Дашенька!

В итоге не выдерживает и мышкой юркает в заветную дверь. Жду недолго. Дверь снова распахивается, и до меня доносится таким знакомым голосом:

– Да, твою же Дашу!

«Да-да, я с тобой полностью согласен, милая!»

И, не дожидаясь официального приглашения, захожу в кабинет.

Моя командирша собирает под столом разлетевшиеся от сквозняка бумажки. Поднимаю одну с пола и замираю в ожидании, когда София вынырнет из-под стола. То, что это она, не вызывает сомнения.

Наконец, появляется та, которая заставила меня серьёзно понервничать. Фото в паспорте – жалкая копия оригинала. София, раскрасневшаяся, сдувает непослушный локон и устремляет взгляд на меня. Это прямое попадание. Контрольный выстрел уже не нужен. Я убит.

София удивлённо распахивает глаза и на секунду замирает.

«Узнала?»

Миг! И она смотрит на меня, словно видит впервые.

– Вот ещё одна. Вы не все собрали, – протягиваю ей листочек, подходя ближе, и называю своё имя.

– Благодарю. – София берёт листочек и жестом предлагает мне сесть. – Моё имя вам известно.

«Конечно, известно! Я его в твоём паспорте прочёл. И не только имя, между прочим».

Посетительское кресло стоит немного дальше, чем мне хотелось бы.