Развод. Со мной так нельзя

– Если примет, ты же в курсе… Даша тут же мне позвонит и я вернусь в город, – ответила я.

Буквально упав на диван, прикрыла глаза. Спокойно, Арина! Дети с отцом… Они в безопасности. И у тебя есть Даша – на нее всегда можно положиться. Моя маленькая, не по годам умненькая крошка…

– Все, Арин. Хватит! Ты все продумала, я на подхвате. Дашка пока не звонила – значит, все живы и здоровы! Даю отбой и иди уже в спа!

С этими словами она отключилась, а я, глубоко вздохнув, справедливо решила, что не позволю измене мужа сделать из меня истеричку.

***

– Пап… Я же говорила, что нельзя давать Люси столько жирного и сладкого! – в который раз возмутилась Дарья, когда Ковалев едва не выдрал себе от ужаса все волосы.

Его малышка Люся рыдала уже скоро как час, постоянно хватаясь за живот и жалуясь: «Зиво… зивооо». Это означало, что у ребенка спазмы. Или, не дай бог, аппендицит! Арина его попросту убьет!

– Я звоню в скорую! – чуть истерично заявил Алексей, хватаясь за телефон.

Несколькими минутами ранее Даша принесла из аптечки Люсины лекарства. В ход уже пошли сиропчики от газиков. А вот обезболивающее Дарья давать сестре запретила.

«Если это аппендицит – ни в коем случае нельзя убирать симптомы!» – заявила она с видом маленького серьезного доктора.

А Ковалев чуть коньки не отбросил от страха. Аппендицит… операция, больница! Мать твою! Его Люси и уйма врачей… А еще – это сдвинет его поездку к Нине и Антошке на неопределенный срок.

Скорую он, конечно же, вызвал. И когда через три минуты раздался звонок в дверь, даже успел возблагодарить бога за то, что медицинская служба прибывает на вызовы настолько быстро.

Однако, его радость очень быстро испарилась. Стоило только открыть дверь, как Ковалев отшатнулся. На пороге стояли те женщины, видеть которых он хотел сейчас в самую последнюю очередь. Мама и сестра Арины.

– Что ты сотворил, Ковалев? – рявкнула Виолетта и, отодвинув его с прохода, быстро сняла сапоги.

Прошла к несчастной Люси, которая лежала на диванчике, и хлопотавшей возле нее Даше.

– Пап, это я их позвала, – сообщила старшая дочь Алексею, мысли которого, как и рука, уже потянулись к бутылке коньяка, припрятанной на кухне.

– Что случилось? Что с Людочкой? Ты чем ее накормил? – налетела на него горгульей Раиса Ивановна.