Они будут жить с нами

Ничуть не стало легче от того, что выдавала свои условия, а их принимали. Я не ощущала себя победительницей, не чувствовала облегчения, которое позволило бы мне вздохнуть свободнее. Лишь только ужасающая усталость все давила и давила сверху на плечи.

– Ложимся спать мы тоже рано. В девять вечера – отбой. И что касается готовки… Ни я, ни Никита употреблять то, что творит на этой плите Кира, не станем. Питаться с сыном я буду отдельно.

– А я? – тут же поинтересовался Николай, привыкший к тому, что его дома всегда кормят вкусно и сытно.

И дело обходится без прогорклого масла, от которого разве что стены не закоптились.

– А ты будешь есть вместе с Кирой. Она не так давно уверяла меня, что тебе ее стряпня нравится.

Я смотрела на мужа, на лице которого появилось кислое выражение. Видимо, Кира сильно преувеличивала, когда говорила о том, как Николай наслаждается тем, что она готовит.

– Хорошо, – все же сказал он после недолгой паузы. – Это все твои условия, Насть? – уточнил Коля.

– Да. Остальное, вроде того, что те деньги, которые я заработаю, остаются у меня, а продукты в дом покупаешь ты, я думаю, очевидно и безо всяких обсуждений.

Брови Коли поползли наверх. Муж привык, что я оставляла себе совсем крохотную сумму на самое необходимое, а остальное отдавала ему, потому что «банк семьи» находился в его руках.

– Не разбогатей только! – фыркнула Кира, не выдержав.

Она поднялась из-за стола и вышла из кухни. Я последовала ее примеру. Оставаться и дальше наедине с Колей было слишком тягостно.

– Мы еще это обсудим! – донесся мне в спину голос мужа.

Я обернулась на пороге, покачала головой и уверенно заявила:

– Больше нечего обсуждать, Коль. Или все будет так, или никак.

После чего поспешила скрыться за дверью детской.

Никитка поужинал любимым фруктовым салатиком и чаем с печеньем. Я разрешила ему посмотреть пятиминутную детскую передачу, которая особенно нравилась сыну, и попыталась уложить спать.

– Давай я, – вызвался муж, минутой ранее зашедший в детскую, где, видимо, собирался ночевать.

По-хорошему, мне нужно было выгнать Николая ко всем чертям. Но я опасалась, что сын может начать задавать те вопросы, ответов на которые у меня не будет. А лгать Никитке я уж точно не собиралась.

– Сама справлюсь, – буркнула в ответ, подтыкая одеяльце.

Хорошо, что комплекция у меня позволяла устроиться на ночлег рядом с сыном так, чтобы нам с ним было не тесно.

– Насть… я уложу, – мягко, но настойчиво сказал Коля.