Шут герцога де Лонгвиля

На земле и в небе, распустив свои звездные крылья, царила мрачно-торжественная красавица Ночь…

Глава 2

Карменсита проснулась оттого, что почувствовала, как кто-то водит по ее лицу травинкой, норовя пощекотать в носу. Сквозь закрытые веки девушка ощущала солнечный свет. Было утро. Невдалеке раздавались голоса Альфонсо и Дени, возящихся с лошадьми.

Карменсита сделала вид, что еще спит, а когда досужая былинка снова приблизилась к ноздре, девушка внезапно взвизгнула и вскочила, цепкой хваткой вцепившись озорнику в волосы.

– Отпусти, бешеная! – закричал тот уже знакомым нам голосом.

Это был темноволосый молодой человек, он стоял на коленях перед ложем Карменситы и тщетно пытался освободиться от ее хватки.

Карменсита держала его крепко, он изворачивался ужом и крутил головой в разные стороны.

– Ладно, ты победила! Отпусти! – сдался он, наконец.

– А если не отпущу? – спросила девушка и сильно дернула за одну прядь.

– Эй! Осторожнее! – молодой человек поднял на нее искаженное болью лицо.

– Это плата за вчерашнее.

– А ты, оказывается, злопамятна! Ну, хватит, освободи меня из плена! Я устал стоять перед тобой на коленях. Карменситочка, детка!

– А кто вчера обзывал меня старухой!?

– Кто?! Не припоминаю.

В ответ на это Карменсита еще больше дернула его за волосы.

Молодой человек испустил оглушительный вопль, от которого Карменсита в ужасе отдернула от него руки.

В этот миг в кибитку заглянуло добродушное, слегка насмешливо лицо Альфонсо:

– Что здесь происходит?

За ним появился и Дени.

Их взору предстала картина: Карменсита с огромными глазами, округленными испугом, стоящая на скамье, а на полу, держась за голову, сидел несчастный Анри и вид у него был такой, будто он что-то потерял.

– Так что тут произошло? – повторил свой вопрос Альфонсо.

Анри медленно повернул к нему покрасневшее в борьбе лицо и тоном мученика ответил:

– Никогда не шутите с женщинами. Это то же самое, что заигрывать с шаровой молнией или с бодливой козой.

И с этими словами он вытянулся на полу.

Карменсита разразилась безудержным смехом. Альфонсо и Дени захлопали в ладоши.

– Им все весело! – обиженно сказал Анри. – А вы знаете как больно!

И попытался скроить мину великомученика, но не выдержал и рассмеялся вместе со всеми.

Чуть позже Анри, уже будучи один, ползал по полу кибитки и собирал волосы, вырванные Карменситой из его головы.