Шут герцога де Лонгвиля

Вначале зрителей было немного, но потом люди начали прибывать, прибывать… Приносили скамейки, садились на землю… Все были захвачены незатейливой историей, разворачивающейся перед ними на подмостках нищего театра.

Альфонсо был «на подхвате»: изображал свинью, обливал Анри грязной водой. И все же кое-что увидеть ему удалось, и увиденное исторгло из его глаз слезы счастья.

От Анри невозможно было оторвать взора. Он овладевал вниманием зрителя сразу и навсегда, заставляя забывать обо всем. Он не просто играл, не просто дурачился, он проделывал головокружительные трюки, то свешиваясь сверху, как летучая мышь, то выделывая ногами такие чудеса, что даже Дени и Карменсита едва удерживались, чтобы не зааплодировать ему.

Альфонсо слышал живую реакцию публики и шептал себе под нос:

– Он прав! Он совершенно прав! Они чувствуют разницу между пошлым и смешным! Театр может помочь им измениться…

Он не знал, что где-то в Англии один его юный коллега уже не на словах, а на деле, закрутил земную ось в сторону Наивысшей Культуры…

Спектакль закончился под восторженный рев публики и монеты полетели в исполнителей.

– О! – воскликнула Карменсита, увертываясь от града денег. – Такого урожая я никогда не собирала!

– Еще было бы хорошо, если бы все эти «плодов» не оказались фальшивками, – скептически заметил Дени.

– Ну что, Альфонсо, – спросил Анри, переводя дыхание за кулисами. – Я не очень провалил спектакль?

Альфонсо схватил хвастунишку за ухо и слегка потрепал его.

– Если ты меня сейчас не отпустишь, я смогу зарабатывать себе на жизнь, показывая людям уши разной величины, – хладнокровно заметил молодой человек.

– Мальчик мой! – воскликнул Альфонсо. – Я никак не ожидал открыть в тебе такой талант!

– Спасибо, дорогой друг!

– Но я не понимаю, как тебе удалось?..

– В каком смысле, Альфонсо?

– Ты же не комик! Ты смешил не по правилам!

– А это уже не важно! – засмеялся молодой человек. – И вообще, я жалею, что не заключил с тобой пари!

– Неважно! Я признаю себя побежденным! – Альфонсо принялся обнимать юношу.

– Ну, вы тут тискайтесь, а я займусь деньгами, – невинно сказала Карменсита.

– Теперь я могу спокойно умереть, – прошептал старый актер.

– Что за глупости! – возразил юноша. – Рано сходить в могилу, мне еще нужно многому у тебя научиться!

Мужчины сворачивали балаган и складывали реквизит, Карменсита искала брошенные монеты и складывала их в мешочек.