Своя цена

Васька ткнул вилкой в кусок малосольной семги, запил рыбу большим глотком, со стуком поставил бокал на столешницу, проигнорировав картонный квадратик подставки.

«Вот все у вас как на параде» – вспомнилась фраза из знаменитого фильма. Все эти подставочки-салфеточки раздражали невероятно. Да еще закуски к пиву нормальной не было. Ни тебе сухариков, ни орешков. Гренки, жареный сыр да кальмары в кляре. Как это можно – жарить сыр, Васька представить не мог, а спросить постеснялся. Да и стоил этот сыр дороже шашлыка в кафешке в парке.

Ну их к черту, с их меню!

Пришлось заказать рыбное ассорти, это он хоть представить мог.

И вот теперь глядел с тоской на художественно разложенные по тарелке ломтики семги и кижуча, украшенные тремя маслинками и кружком лимона, и подсчитывал в уме, сколько пакетиков желтого полосатика можно было взять на эти деньги, если бы кое-кто не строил из себя эстета, и не забивал стрелки в пафосных заведениях.

Сам Васька предпочел бы встретиться в той же кафешке в парке.

Или вообще на лавочке где-нибудь. Какая разница, где пиво пить и разговаривать? Но Дюк не любил такие места. Ему подавай, чтобы швейцар у входа, чтобы салфетки эти долбанные, чтобы еду несли по полчаса. Какая в этом радость?

Дюк появился, когда он уже допивал пиво из покрытого испариной бокала. Пришел, как ни в чем не бывало, будто и не опоздал почти на сорок минут, будто так и надо.

Остановился в дверях, обводя взглядом полупустой зал. Наконец увидел Ваську и, махнув рукой, пошел к его столику.

По дороге еще тормознулся у стойки, сказал что-то бармену. Не заметно было, чтобы он сильно торопился.

– Сколько тебя ждать? – не выдержал Васька. – Договаривались в семь часов, а сейчас сколько?

– Ты торопишься куда-то? – лениво поинтересовался Дюк, опуская задницу на противоположный диванчик. – У тебя дела срочные?

Васька забарабанил пальцами по столу и нервно оглянулся на подошедшую официантку. Та поставила перед ними по бокалу пива, улыбнулась и отошла.

Дюк, словно издеваясь, продолжал молча лыбиться, разглядывая нервничающего Ваську.

Не спеша отхлебнул пива, закурил, бросил сигаретную пачку на середину стола.

Васька перестал барабанить пальцами по столу и принялся выстукивать чечетку ногами.

– Чего ты нервничаешь? – сдался наконец Дюк. – Ничего страшного не произошло.

– Ты уверен? А я вот не очень. Меня сегодня следователь два часа мурыжил. До каждого слова докапывался.

– Он всех мурыжит, не тебя одного.