И дочка в подарок

Если бы я не была так пьяна и уязвима тогда… этого бы просто не произошло. Неужели так сложно понять, что я не хочу ни повторять то, что было, ни даже просто вспоминать об этом?

Он молчал несколько секунд, показавшихся невыносимо долгими. Потом сказал:

– Можешь вернуться на свое рабочее место.

Я кивнула, хотя он и не мог этого видеть.

– Надеюсь, что мы наконец поняли друг друга, Константин Павлович.

Он ничего не сказал в ответ… но на душе отчего-то вместо покоя образовалась тяжесть.

– Алиночка!

Я повернулась к пожилой женщине, которая, как помнилось, вошла в офис вместе с боссом перед тем, как началась вся эта бесовщина, в результате которой Лавров пытался таки убить Витю, рискуя обречь меня носить ему те самые венки на могилку.

– Да? – вежливо улыбнулась я, ожидая какого-то продолжения.

– А вы что, уже уходите? Я так хотела с вами познакомиться!

Со стороны стола секретарши раздалось какое-то полное муки мычание. Я обернулась на звук и заметила, как Арбузовские арбузы подрагивают в приступе неясного отчаяния.

Отвернувшись от этого удручающего зрелища, я снова сосредоточилась на милой женщине передо мной.

– Простите, а вы?

– Я – Эля! – поспешно представилась она. – Родственница Кости.

– А отчество? – уточнила я с улыбкой, которую почему-то невольно вызывала собеседница.

На мой вопрос она весьма оскорбилась.

– Никаких отчеств! Я слишком молода для таких условностей!

С этим утверждением, против которого свидетельствовал как минимум слуховой аппарат, можно было поспорить.

– Давайте же присядем! – спохватилась Эля, с нежданной для ее возраста силой увлекая меня на диванчик в приемной.

– Так чем я могу вам помочь? – спросила, не особо понимая, что вообще происходит.

Эля, тем временем, внимательно меня осматривала. У нее был поразительно цепкий и проницательный взгляд, но я никак не могла взять в толк, почему вообще удостоилась столь пристального внимания.

– А ты точно такая, как он и говорил, – наконец одобрительно покивала Эля самой себе. А следом произошло совсем уж неожиданное – я оказалась прижата к ее хрупкой на вид, но крепкой по факту груди.

– Добро пожаловать в семью! – с чувством заявила она.

Я едва не поперхнулась. В какую еще семью? В какой неизвестный мне момент я оказалась в этой очереди желающих туда вступить?

Из угла Арбузовой донесся очередной жалобный звук.