И дочка в подарок

И хоть был он весьма прост, пришлось поднапрячься, чтобы сготовить что-то съедобное.

– Так вы говорите, папа Машеньки живет отдельно? – зашел я сразу с козырей, вылив смесь яиц и молока на сковородку.

Накрыл ту крышкой, уменьшил огонь. Да я без пяти минут повар!

Повернувшись к Алине и Маше увидел, что на лице Цветковой написано выражение растерянности, а на лице ее дочери – легкой грустинки. Ага, может, мне повезло, и этот кобель вовсе их бросил?

– Папу своего я ни разу в жизни не видела, – вздохнула Машенька, оправдав мои самые смелые надежды.

– Вот как? Какой же… плохой человек! – покачал я головой и улыбнулся как Чеширский кот, посмотрев на Алину.

– Очень плохой, – согласилась она. – Но это не значит, что у меня никого нет. Очень даже есть! Я как раз вот-вот планировала познакомить своего мужчину с Машей.

Теперь уже дочь Цветковой выглядела растерянной, а вот сама Алина – воинственной. Так, на горизонте нарисовался смертник. Что ж, сам напросился. С другой стороны, даже хорошо, что это какой-то незнакомец для ребенка.

– Мамочка, а зачем нам какой-то мужчина? – Ох, и умна Машуля не по годам. – У нас теперь дядя Костя есть, – просияла девочка и, поболтав ножками, окончательно добила. И меня, и Алину. – Пусть он моим папой теперь и будет.

Надо сказать, от этих слов Цветкова побледнела так, что стала похожа на привидение. Неужели сама вероятность того, что я буду рядом с ней в качестве не-только-босса, ее настолько отталкивала? Не то чтобы я спешил обзавестись семьей и потомством… Но когда-нибудь в перспективе вполне можно было и рассмотреть вариант, озвученный Машенькой.

– Исключено! Мы же не на рынке, чтобы тебе папу выбирать. У меня есть… Виктор. Да, Виктор. Вот он и претендует на роль отца! А вообще мы с ним скоро съедемся. И вообще, Константин Павлович, вам здесь не место!

Она вскочила и начала выпихивать меня из кухни. В этой хрупкой женщине вдруг обнаружилась недюжинная сила.

Как только мы оказались в прихожей, я прижал Алину к себе и, заведя за угол стены, крепко и глубоко поцеловал. Она сначала растерялась, а потом принялась молотить меня кулаками по груди.

– Знаешь что, Цветкова? Чем дальше ты заходишь в своих фантазиях о чужих мужиках рядом с тобой, тем больше меня распаляешь.

Это могло кончиться тем, что я бы взял то, что хотел, прямо здесь и сейчас. Надо было остановиться.