Чем она лучше меня?

 – Важно, что он мне врал! Врал, чтобы с ней встречаться!

Мама аккуратно отступила, словно перед ней вспыхнул вулкан и она собиралась в любой момент спасаться бегством. Я вовсе не хотела ее пугать, но на какую еще реакцию она рассчитывала?

– Мама, извини, я лучше тоже пойду, попробую поспать, – сообщила ей устало, развернувшись в сторону спальни.

– Конечно-конечно! – замахала мама руками. – А я посуду помою…

– Спасибо, – только и хватило у меня сил, чтобы выдохнуть в ответ.

– Мия… – окликнула меня мама уже на пороге.

– Ммм? – промычала я.

– Иногда за счастье надо бороться…

Я невесело рассмеялась.

– Бороться? Этот бой уже давно проигран! Я считала, что у нас с ним счастливая семья, а он, оказывается, все еще не может ее забыть!

– Так помоги ему.

– Я родила ему сына, – ответила я с горечью. – Что еще я должна сделать? И почему вообще только я что-то должна?! Я не собираюсь быть терпилой, мама! Спокойной ночи.

От желания хлопнуть за собой дверью меня сдержало только то, что в комнате мирно спал мой сын.

Ночь прошла тревожно. Хотелось забыть обо всем хотя бы там, на другой стороне сознания, но все пережитое преследовало даже во сне. Несколько раз я просыпалась от того, что инстинктивно искала рядом с собой мужа в желании так привычно обнять его крепкое, сильное тело, но встречала рукой лишь холодную простыню. И это порождало внутри такое отчаяние, что все невыплаканные ранее слезы катились молчаливым потоком по подушке, и в ней же тонули мои бессильные рыдания.

А утром, когда настало время кормить сына, дверь спальни неожиданно распахнулась, являя передо мной того, по кому я так тосковала, но кого видеть сейчас было подобно пытке.

Муж стоял на пороге, молча глядя на то, как я кормлю Никитку. Он не делал попытки приблизиться, но при этом занял такую решительную позу, что было ясно – уходить он тоже не собирается.

Мое сердце мучительно заныло от одного на него взгляда. Всклокоченный, помятый, несчастный – похоже, для него эта ночь прошла немногим лучше моего.

– Что ты тут делаешь?

– Я хочу поговорить.

Он сделал шаг навстречу – тихо, осторожно, словно приближался к разъяренному хищнику. Его уловки злили и смешили одновременно.

– По-моему, мы уже все сказали друг другу, – сухо заметила я. – И не припомню, чтобы я звала тебя обратно.