Чем она лучше меня?

– Ешь, – кивнула она на тарелку. – Не то остынет.

Я принялась уплетать борщ так, словно не ела до этого месяц. Знала, что остальные мамочки обдумывают едва ли не каждый кусочек, который отправляют в рот, и понимала – меня это миновало. Я могла слупить как минимум десять пирожных, и Никитка не ответил бы на это ни больным животом, ни диатезом.

– Вкусноооо! – вынесла я вердикт маминой стряпне.

Отвалилась от еды и прикрыла глаза в наслаждении.

– Ты такое с детства ешь, – улыбнулась мама, убирая тарелку.

Если бы не помощь старшего поколения, я бы даже представить не могла, как бы справилась с ролью матери. Особенно в тот момент, когда продолжала заниматься работой, как сейчас, когда отправилась к компьютеру.

– Мий, я позову, если Никита проснется, – окликнула меня мама.

Я кивнула и, устроившись за ноутбуком, погрузилась в то, чем занималась вплоть до рождения сына.

Пару последних лет трудилась менеджером, и сейчас, когда ушла в декрет, начальник выдал мне Ольгу. Ею я и должна была заниматься в ближайшее время, чтобы передать ей дела.

– Оль, я сейчас повторю то, о чем говорили вчера, – напечатала я, и когда моя «замена» откликнулась, вздохнула с облегчением.

Через полчаса ко мне заглянула мама. Некоторое время мялась у входа в комнату, после чего решительно пересекла порог.

– Никита спит, – сказала она, озвучивая то, что я знала и так.

– Океееей, – протянула я, захлопнув крышку ноутбука и сосредоточив все свое внимание на матери.

– Нам нужно поговорить, – сказала она, и мне почему-то стало нехорошо.

Хотелось закрыться ото всего, что мама могла мне озвучить, хотя, я вроде как понимала, что никаких предпосылок к тому, чтобы чего-либо опасаться, нет.

– Что-то случилось? – спросила я, уже предвидя, что ответ мне может не понравиться.

Поведение мамы было странным и меня насторожило.

– Пожалуйста, не томи. А то у меня от нервов молоко пропадет, – нервно хихикнула я, хотя, мне было совсем не до смеха.

– Скажи… а Иван не может… ну, встречаться со Светланой? – спросила, наконец, мама, понизив голос на последних словах едва ли не до шепота.

Я вздрогнула, когда услышала это имя.