Генетическая ошибка

Знак ограничения скорости просто так не поставят.

Марина почувствовала, как лицо заливает жар стыда.

– Ну я же притормозила, – пробормотала она.

Петелина достала из ящика стола носовой платок и вытерла взмокший лоб. Марина видела, что она ничего в принципе не имеет против нее, даже чувствует своеобразную женскую солидарность. И поэтому ей трудно.

– Дальше… Давайте дальше, – проговорила Петелина. – Как произошел наезд?

– Дальше был кошмар. Что-то темное метнулось сбоку мне под колеса. Словно большая черная птица.

Петелина кивнула и снова погрузилась в бумаги, принесенные Специем. Марина терпеливо ждала. Та, казалось, уснула за протоколами. Лицо ее стало неподвижным, взгляд осоловел. Марина осторожно кашлянула. Следовательша подняла на нее глаза.

– Скажите, меня отправят в СИЗО? – спросила Марина.

– В СИЗО? – удивилась Петелина. – Кто вам это сказал?

– Тот майор, который… который приехал на место происшествия.

– Ну, нет. Задерживать вас никто не станет. Пока речь идет об административной ответственности. Конечно, в ходе следствия все может измениться. Сейчас надо будет написать все, что вы мне рассказали. Вот. – Петелина пододвинула Марине лист бумаги и ручку. – Пишите. Спокойно пишите, не торопитесь.

Марина кивнула и взяла ручку. Петелина неловко, боком вылезла из-за стола и пошла к кулеру. Марина с изумлением смотрела на ее огромный живот, обтянутый форменной юбкой.

Петелина жадно выпила один за другим два стакана воды, откашлялась и вернулась на свое место. Марина послушно строчила на листе, изредка кидая на нее любопытные взгляды.

– Все.

– Дайте взглянуть. – Петелина взяла из Марининых рук листок, бегло проглядела его. – Так. Число поставьте и подпись. Подпись с расшифровкой.

– Вы плохо себя чувствуете? – неожиданно для себя спросила ее Марина.

– Я? Плохо? Нет, с чего вы взяли. И вообще это не имеет отношения к делу. – Женщина в очередной раз промокнула платком лицо, на котором блестели бисеринки пота. – Вы можете идти. Вас вызовут.

– Точно могу идти? – Марина не тронулась с места, с недоверием глядя на следовательшу. У нее в ушах все стоял голос Специя, обещавшего ей ночь в изоляторе.