Аврора и белый кролик

Да ладно тебе делать глаза! Ты, как большинство приличных людей, практически не умеешь врать…

Оля замялась:

– Ну, во-первых, я реально не уверена, что там что-то было. Хочешь – верь, хочешь – нет, я не знаю подробностей. А во-вторых, не думаю, что я именно тот человек, с которым тебе нужно говорить об этом.

– Я понял, Оль. Можешь передать ей, что… – он осекся, – впрочем, не стоит. Это уже неважно.

– Ты сам-то как? – Оля осторожно дотронулась до рукава его пальто.

– А никак. Есть контракт, я его выполняю – практически на автопилоте. Объект строится, заказчик нервы, как канаты, крутит – все как обычно.

– Я не об этом.

– А… – Артем опустил глаза. – Да точно так же. Автопилот.

И, помолчав, добавил:

– Понимаешь, я был уверен: то, что у нас, – навсегда. А теперь чувствую себя, как… – он замялся, – …как сбитый летчик. Наверное, любой конец – начало чего-то нового.

Он опустил голову, потом вздохнул и вздернул подбородок:

– В общем, как-нибудь наладится. И, пожалуйста, ничего ей не говори. Пока! – Артем вскинул руку, намотал вокруг шеи шарф, подхватил чемодан, сбежал по ступеням и, хлопнув дверью, выскочил из парадной.

Оля вздохнула, спряталась в воротник пальто и зависла у окна, гоняя по морщинистому подоконнику бог знает как сохранившийся с осени рыжий кленовый лист.

Глава 4. О – ОСОЗНАННОСТЬ

Взрослая жизнь (особенно осознанная) – это жизнь, из которой любому нормальному человеку хочется куда-нибудь сбежать. Головой Аврора, конечно, понимала, что ходит по краю, и любой занос может сбросить ее в пропасть глубокой депрессии или глупейших решений. Но депрессия не пугала: она казалась территорией привычной, где-то даже комфортной – как новый диван, который Аврора таки заказала по совету Алены.

Аврора не жалела чаевых, но пожалела себя. Забив на горящий медиаплан и сказавшись на работе больной, она сидела на мягких новых подушках, предвкушая просмотр своего любимого «Титаника» и сладкую грусть о чужой ушедшей любви под «My heart will go on and on!».