Проклятый граф. Том VI. Гарде и шах

– Вы вернулись, все вернулись! Ура, мама, папа, ура! – он бросился вперед и, немного изменив траекторию перемещения, крепко обнял не улыбающегося мужчину, а немного присевшую к нему девушку. Эрик, мальчику приходящийся отцом, мягко потрепал того по волосам.

– Хорошо, что с тобой все в порядке, Анри, – он негромко вздохнул и, быстро глянув на чуть приподнявшего бровь Винса, немного замялся, – А… прости, ты не знаешь, что произошло с нашим достославным предком?

Анри, тяжело вздохнув, высвободился из объятий матери и, понуро опустив голову, помотал ею.

– Никто не знает, папа. Я слышал, когда подходил сейчас, как дядя Роман говорил, что собирается ругаться на дядю Чарли, но он не виноват, правда. Мы никто не виноват – мы были возле Дэйва, дедушка Тьери помогал ему, они с Чарли хотели поскорее привести его в чувство, а мы с Владом… ну, тоже помогали. Потом вдруг дядя Чарли сказал, что где-то хлопнуло окно… – паренек нахмурился, припоминая подробности максимально четко, – А мне показалось, что хлопнуло оно где-то внизу – в гостиной или в холле, но этого не могло быть! Здесь все окна закрыты, мы точно знаем.

– Хитрая бестия, – молодой итальянец, скрипнув зубами, сжал руки в кулаки, – Надо было его сразу…

– Марко, – его товарищ, сдвинув брови, погрозил парню пальцем, – Думай о том, что говоришь при ребенке. Хотя не стану врать – я сильно удивлен.

– Ночь закончилась, синьор Паоло, – Винсент глубоко вздохнул и, сжав на несколько секунд губы, окинул присутствующих долгим взглядом, – Я рад уже тому, что она не забрала у нас Луи. Пойдемте в гостиную, пока Роман не натворил дел… я бы не отказался поесть, да и выспаться мне, в конечном итоге, тоже бы не помешало.

Возражений его предложение не вызвало: за прошедшую ночь изрядно утомились абсолютно все, присутствующие сейчас в холле, отдохнуть хотелось всем, посему все они, точнее, подавляющее большинство, предпочли последовать за давно уже исчезнувшим виконтом Романом.

В холле остались только двое.

Людовик, кожей чувствующий настроение любимого дяди, понимающий необходимость перекинуться с ним несколькими словами, мялся, не в силах придумать, с чего начать; мужчина молчал.