Проклятый граф. Том VI. Гарде и шах

Либо действие его закончилось, и он выскользнул в окно…

– Либо Ночь и вправду оказала ему помощь, – великий маг тяжело, устало вздохнул и, махнув рукой, безнадежно глянул в сторону балюстрад позади себя, – Как бы там ни было, а Виктора мы упустили. Что ж… остается лишь порадоваться, что Луи остался в живых и, пройдя в гостиную, попытаться узнать, не заметили ли чего-нибудь оставшиеся здесь Чарльз и Владислав. К слову, с Тьери я бы тоже не отказался побеседовать…

– Какая прекрасная мысль! – виконт, воодушевленно хлопнув в ладоши, не желая медлить и всем видом демонстрируя крайнюю степень решительности, уверенно отодвинул остановившегося рядом с ним мужчину, который первым заметил исчезновение пленника, – В сторону, плебей хвостатый! Мы отправляемся устраивать допрос нашим несознательным друзьям и, честное слово, доктора капитана Бешенного за то, что упустил пленника, надо бы на рее повесить просушиться! Да что вы все у меня под ногами делаете? – он недовольно обошел удивленно приподнявшую брови Татьяну и, не желая более продолжать беседу, уверенно зашагал к балюстрадам, намереваясь скрыться в гостиной.

Оставшиеся в холле немного задержались, переглядываясь между собой.

– Винсент… – Эрик, пытаясь придумать хоть какой-то вариант бескровного решения проблемы, задумчиво закусил губу, потирая подбородок, – Скажи… ты сам считаешь, что Виктор мог использовать силу Великой Ночи, даже не имея магических способностей? Я хочу сказать – я верю дяде, но он расстроен, и мне бы хотелось услышать мнение со стороны.

– Какого ответа ты ждешь, Эрик? – мужчина, который заметить-то исчезновение пленника заметил, но никаких мыслей на сей счет высказывать не планировал, слегка развел руки в стороны, – Меня вообще в замке не было – я в плену был, и чем тут занимался плененный ворас, не имею ни малейшего понятия. Пошли в гостиную, на пороге стоять прохладно. К тому же, я бы хотел…

– Винсент! – звонкий мальчишеский голос, неожиданно донесшийся из-за балюстрад, голос совершенно счастливый и восторженный, заставил его прерваться и, заулыбавшись, повернуться к новому участнику разговора.

С той стороны, где скрылся Роман, из дверей гостиной, вылетел, сияя, как медный самовар, мальчик лет шести и, увидев в холле не только того, к кому обращался, но и еще целую толпу народа, на несколько секунд замер, восхищенно оглядывая их.