Три грации

Понимаешь, Лиззи, в те времена мы все были немного не в себе, только закончилась война, наш император, которого мы все уважали и любили, погиб, вместо него на престол взошел другой, якобы победивший врага. Я считал, что Валеус должен был вмешаться, тогда не пострадали бы невинные, но он отмалчивался. Сейчас, спустя двести лет, понимаю, что это ни к чему бы хорошему не привело…

– Сколько лет? – пораженно воскликнула я. – Двести? – ухмыльнувшись, некромант кивнул. – Тогда сколько вам обоим лет?

– Триста восемьдесят мне и триста семьдесят восемь ему, – тихо ответил дядя.

А я встала, удивленно хлопая глазами, пытаясь поднять свою упавшую челюсть. Я таращилась на дядю, как на мамонта. Да он и был мамонтом! Триста восемьдесят! Охренеть! Так и магистр не маленький мальчик! Вот это номер!

– Почему ты не сказал мне об этом раньше? – все еще не до конца придя в себя, поинтересовалась я.

– Так ты не спрашивала, – рассмеялся Сидилла. А я ведь действительно не спрашивала, как-то, до знакомства с подругами, плыла по течению, только наша дружба меня расшевелила, дала пинка моему любопытству.

– Охренеть! – выпалила я и испуганно зажала рот рукой, хихикнула и продолжила: – Это какая же у вас тут продолжительность жизни?

– У всех по-разному, – пожал плечами он в ответ. – Маги около тысячи живут, оборотни, вампиры также, а, эльфы еще. Остальные немного меньше. Так что я тоже еще молод и полон сил. Да и твой ректор тоже, – между делом произнес некромант и вопросительно уставился на меня.

– Что? – не совсем поняла его взгляд.

– Что вас с ним связывает? – задал он вопрос в лоб, повергнув меня в очередной шок.

– С кем? – непонимающе уставилась на него.

– С ректором, – подозрительно посмотрел на меня некромант, уточняя.

– Ничего, – вполне искренне ответила я.

– Я же вижу, Лиззи, – вздохнул он. – Валеус тебе очень нравится, и ты ему тоже.

– Что? – возмущенно воскликнула я слишком громко, привлекая внимание одиноко гуляющих адептов. Они удивленно смотрели на нашу пару, узнавали моего дядю, и потрясенно, слегка кланяясь, спешили скрыться из поля нашего зрения.

– Опустим этот разговор, Лиззи, – довольно произнес дядя, не обращая внимания на испуганных адептов, спокойно, небрежно отвечая им на их поклоны.

– Почему они тебя бояться? – посматривая на спешивших ретироваться молодых людей и барышень, лукаво поинтересовалась у Сидиллы.

– Та я же некромант, Лиззи! – воскликнул он. – А таких как я побаиваются.