Ученик хрониста. Хроники земли Фимбульветер

Ледяная прозрачная искра сверкнула во вскинутой руке темноволосого. Дракон, выточенный из горного хрусталя…

– Я, Торгрим Тильд, хронист города Гехта, нашел ученика и преемника.

Кто-то испуганно ахнул.

Они собрались все, люди очага Къолей. Пришли в той одежде, в которой работали дома или на улице. Взяли то, что попалось под руку. Кухарь явился с ножом, смотритель кхарнов – с вилами. Кто-то вооружился топором, кто-то кочергой. Нянька Гудрун прижимала к груди ножницы. Позже Хельга сказала – сопротивление жрецам Дода приравнивают к государственной измене.

– Хельга Къоль, – обратился к моей сестре Торгрим Тильд, – ты называешь Ларса Къоля, брата своего по имени и крови, учеником хрониста?

– Да.

– Стоящие здесь люди слышат тебя. Движут ли тобой корысть или злоба?

– Нет.

– Пожалеешь ли ты о содеянном ныне?

– Нет.

– Люди, вы слышали.

Общий утвердительный не то вздох, не то шепот. Облегчение, но не радость звучало в нем.

– Ларс Къоль, ученик хрониста, протяни правую руку.

Хрустальный дракончик ожег пальцы холодом, будто действительно был сделан изо льда.

Девять Драконов согревают своим дыханием наш мир, не позволяя морозам, снегам и льду окончательно погубить его. Восемь хранителей, имеющих цвет, передают по кругу солнце и луну. Магт, прозрачный, взирает на них из центра мира. Он сильнейший из Драконов, потому что ему принадлежит то, что побеждает все, – время. Он покровитель властителей и хронистов.

Жрец Дракона Заката склонил голову.

– Багряный Дод, Истребитель Зла, уступает Прозрачному Магту, Сердцу Мира.

Держа символ хрониста на раскрытой ладони, я повернулся к жрецу Дода.

– Теперь я не поеду с вами?

Он был очень старым. И совсем не страшным. Острый подбородок, покрытый седой щетиной, делал его похожим на выглядывающего из норки фритта. И улыбнулся он по-доброму.

– Не поедешь. Тяжелой, но понятной судьбы люди порой боятся куда больше, чем неизвестности. Но у тебя будет надежная защита.

– Прозрачный Дракон Магт?

– Твоя сестра.

– Я тоже буду защищать Хельгу!

– Хорошо. Всегда помни о сказанном сегодня, мальчик. Все мы когда-нибудь попадем под крыло Дода. Къоли, приходите как можно позже.

Жрец повернулся и вышел. Позже я узнал, что служители Багряного никогда не прощаются.

Руки Хельги по-прежнему были на моих плечах, но хватка ее ослабла. Сестра больше не держала, а опиралась.

– Карл, Гунтер, – сказала она, – на дворе кхарны. Мы скакали всю дорогу.