Пепел. Хроники земли Фимбульветер

Кряжистый, надежный, он напоминает кинжал искусной выделки, вложенный в простые ножны: вся прелесть скрыта внутри.

Замок же Мёнлус…

Стоящий в стороне от холмов, он открывался взгляду сразу. Легкий, весь какой-то прозрачный, просвечивающий, с тонкими островерхими башенками, каждая украшена по-особому, Мёнлус был похож на картинку из книги сказок. Солнце отражалось в оконных стеклах. Окна, а не бойницы! Здание, возведенное не для обороны и служения, а для жизни и веселья.

Перед отъездом я все-таки попытался сообразить, куда отправляюсь.

Род Вермъер по непризнанной линии бастардов состоит в родстве с правящей династией. Гуннар Ильвъенг, внук короля Хлодвига, подарил Мёнлус своей возлюбленной.

Почти сто лет прошло после прихода ледника, три поколения выросли в изменившемся мире, люди привыкли, страх и растерянность ушли, хотелось радости, развлечений, красоты. Здесь, в спокойных землях, которые ледник только слегка лизнул своим острым языком, такая жизнь была возможна.

В замок хозяина с гостем впустили не сразу. Привратника в Мёнлусе то ли не было вовсе, то ли он куда-то отлучился. Покуда Харальд стучался в родной дом и взывал к верным слугам, я разглядывал удивительное строение. Замку-игрушке полагались бы изящные ворота в виде прозрачной ажурной решетки, но они здесь были точно такие, как в Къольхейме: массивные кованые створки, просто так не откроешь. И знакомые следы на них.

– Харальд, Мёнлус когда штурмовали?

– Никогда. Да вроде и некому. Кочевники в эти края не доходят, а с соседями ссориться нам резона нет. Богатств особых, чтоб пограбить, тут никому скопить не удавалось.

– А просто оттяпать замок и землицу?

– Не стоит того. – Харальд пожал плечами. – Вермъеры ведь с королем Хрольвом в родстве. В какой степени, это сразу и не подсчитаешь, но пожаловаться Его Величеству можем, об этом все помнят. Так что точно нет.

Откуда же тогда взялись характерные вмятины и щербины от ударов тарана? Но хозяин историю своего дома знает лучше.

Дальше разглядывать Мёнлус снаружи не удалось: ворота распахнулись, и мы наконец были допущены в замок.

Горючие кристаллы в четырех высоких шандалах, сгорая, осыпаются пеплом. Поблескивают в свете их начищенные серебро и хрусталь. Ни пятнышка, ни складочки на светло-серой, почти белой скатерти и таких же салфетках. Слуги, подающие блюда, действуют проворно, но бесшумно.