Оборотни и документооборот, и Даша

Вы же секретарь деса де Эттвуда? – я вложила в улыбку все свое очарование. – Я не требую, но у меня совершенно нет времени.

Фух. Как сказал бы членистоногий супергерой из моего мир, с маленькой силой приходит маленькая ответственность. И помощник Робба с ней абсолютно не справлялся.

– Да, хорошо, – взгрустнула девушка. – Но знайте, я этого так не оставлю.

– Именно, – ободрила я ее, – за дополнительную работу доплачиваем.

Пора вдохновлять коллектив. Эх, Дашка, ты с такими темпами всем золотые горы посулишь.

– Деса де Орденберг, – я нашла казначея на рабочем месте, игнорируя сияющий вид де Эйлон  и недовольный кадровика, – вы не проведете со мной некоторое время?

Женщина, похожая на жабу, медленно подняла голову, потеребив огромный бант блузки, находящийся около горла.

– А почему я? Вот вы же были на производстве, так начинайте с деса де Римоута, – она зло обернулась на волка.

Может она не хладнокровный зверь, а кошка? Вон как зыркает на несчастного волка Дэниэла. Они, как известно, друг друга не жалуют.

– Позвольте, я решу сама, – очень угрожающе оскалилась, но старалась придать добродушие в тон голосу.

– У меня все в порядке! – не сдавалась жаб… тьфу ты, Линея.

– Не сомневаюсь, но нам необходимо обсудить выплаты, – подвинула стул и села вплотную к оборотнице.

Мой напор сдержать невозможно. Бухгалтер бухгалтеру рознь. Если мне нужно, то в дни закрытия квартала я и мертвого частично подниму.

– Частично поднять мертвого это как? – вклинился в мою голову Бали.

– Идиоматически, – ответила псу. – Перестань отвлекать.

Еще несколько часов я билась с хранителем копилки. Не позволив оплатить ни один счет, я выполнила обещание, данное Борвасу, – рабочим выплалят все долги и заработную плату. Попутно родилась одна мысль – сменить вектор производства. Оружие оружием, а кушать хочется всегда. Но позже, когда вникну во всю суть этого запутанного клубка из долговых записок, обязательств и копеечной прибыли.

– Я пожалуюсь десу де Эттвуду, – прищурилась де Ольденберг.

Чувства дамочки понимаю, она, как и остальные офисные хомячки, выплат сегодня не увидит.

– Ваше право, – откинулась на стуле. – Говорите, конечно, но это не все.

– Что еще? Вы всех уволите? Будете сами следить за фабрикой? – бесилась Линея.

По своему опыту знаю, как нелегко принимать критику. А у меня ее много, поэтому на слова жаб… твою мать, надо новое прозвище придумать… десы де Ольденберг я не обижалась.