По следам Гиены

Затем вдруг вздохнул и, мимолетно сжав губы – это было признаком высшей степени недовольства ситуацией, – наконец, ответил. Ответил коротко и четко, заставляя собеседника похолодеть.

– Альфа на свободе.

– Что?.. – Дерек или Тедерик, как всегда называл его Карл, ошарашенно приоткрыл рот и недоверчиво покачал головой, – Но… но как?.. Этого не может… Он же сидел пожизненно, там все… я думал, так строго…

– Там все действительно строго, – Карл слегка приподнял подбородок, – Альфа сбежал, Тедерик. Перебил половину тюремной охраны, говорят, голыми руками отодвинул загораживающую проход решетку… – он незаметно покачал головой, – Пропал где-то в лесу.

– Пожалуйста, не называйте его так, – парень поморщился и, сунув руки в карманы, очень тяжело вздохнул, – Мне до сих пор трудно поверить, что тот Арчи, которого я знал, и этот страшный человек – одно лицо.

– Сложно сказать, чтобы его хоть кто-нибудь знал, – мужчина повернулся в сторону ресторанной двери, – Надо идти, я бы не хотел, чтобы из-за нас начали беспокоиться. Доминику лучше пока не сообщать… Полиции пока ничего не известно, Ричард, скорее всего, еще не в курсе. Но скоро узнает… Альфа бежал сегодня, в день рождения нашего друга, и я бы совсем не хотел испортить ему праздник. Я отдал распоряжение охране женской тюрьмы, где содержится Моррис, быть как можно внимательнее и осторожнее.

Тедерик на несколько секунд примолк, затем пораженно покачал головой.

– Знаете… меня всегда восхищал ваш авторитет и ваши связи, но такого я даже и предположить не мог. Давать распоряжение охране тюрьмы… – он еще раз качнул головой, – Да, вот на что в самом деле способен Карл Еж, вот почему вас так боятся!

Карл Еж, абсолютно не польщенный этим искренним восхищением, сдвинул брови.

– Они боятся меня, – негромко вымолвил он, – А я боюсь его. Он не зря связался с Ди-Ре – редко когда и где встретишь человека, на чьих руках крови было бы больше, чем на руках этих двоих. Альфа ненормальный, Тедерик, он убивает, не задумываясь, он жесток и безрассуден, и одержим идеей добраться до Ника. Надо быть настороже… – он неожиданно улыбнулся, – Но тюрьма, где он был, далеко от Нью-Йорка, сегодня до нас он не доберется.