Ненасытное море

Как символично, что первое за долгое время убийство он совершил именно здесь!

Но все-таки, в чем причина? Уж не в том ли, что морской дьявол тянет к нему свои лапы с того света, не в том ли, что пытается подбить бывшего «союзника» вновь дать ему свободу?

Мужчина, не задумываясь, сунул окровавленную руку в карман, совсем забыв, что не хотел пачкать пальто.

А ведь он считал, что с прошлым покончено, что он свободен от монстра, некогда жившего в его душе. Что он стал менее диким, более благоразумным, что его новая, вполне законопослушная жизнь, незыблема! Он так не хотел убивать.

И вот снова этот монстр. Монстр, с которым он так и не сумел справиться в одиночку, который едва не убил его, перед тем как уйти навеки… или все-таки не навеки?

Он закрыл глаза, сосчитал до пяти, и вновь открыл их. Затем поправил левой рукой воротник пальто – на улице было довольно зябко.

После чего, сдвинув брови, решительным шагом направился куда-то вперед, почти не зная, куда идет, но подспудно догадываясь, куда принесут его ноги.

Он был уверен, что чудовище ему не привиделось. Был убежден в этом на сто процентов и, с неохотой признавая это, понимал, что один в борьбе против него не выстоит. Что ему нужна помощь, причем помощь человека, опосредованно связанного с морским дьяволом, того, на руке чьего отца был перстень, в котором и была заточена проклятая тварь.

Того, в двух шагах от чьего дома он находился.

Обращаться за помощью казалось унизительным, просить о ней этого человека – отвратительным, но он все-таки шел, перебарывая собственную неприязнь.

Он свернул в нужном месте и, уже видя, как вырастает впереди элитная многоэтажная башня, на мгновение сжал зубы.

Что он должен сказать ему? Признаться в нежелании убивать, раскаяться в содеянном… Нет. Раскаяния он не испытывает, а лицемерить было бы глупо.

Просто жить… забыв о прошлом, забыв обо всем, что было, и не думая о том, что будет. Быть уверенным, что спокойствие нерушимо, переходить изо дня в день, не беспокоясь за свою жизнь и не отстаивая право на нее.

Сколько он шел к этому, сколько этого добивался. И вот, когда покой настоящего казался на самом деле незыблемым, прошлое вновь постучалось в его двери.