Чернокнижник. Три принципа тьмы

В кабинет, пользуясь тем, что дверь по сию пору открыта почти нараспашку, и сиятельный князь самолично придерживает ее, позволяя войти всем желающим, шагнула изящная, стройная девушка с темными, вьющимися волосами ниже плеч. Облачена она была по-прежнему довольно фривольно – в короткую кофточку, не скрывающую пупка, и длинную юбку с разрезом от бедра; лицо ее все так же поражало боевой раскраской, было расчерчено разного цвета линиями, а в волосах привычно виднелись перья. На правой руке девушки позвякивали многочисленные браслеты, несколько опоясывали и изящные щиколотки.

– Фредо, – голос ее звучал надменно и требовательно: казалось, девица беседует не с князем Финоры, а с каким-нибудь простолюдином из близлежащей деревеньки, – Почему твой садовник не слушает моих советов? Я двадцать раз объясняла ему, что крокусам и магнолиям не нравится находиться рядом друг с другом, они не уживаются! Он не желает слышать! А между тем, мне это известно лучше, чем кому бы то ни было – в конечном итоге, именно я способна…

– Карина! – Аш, наконец, не выдержав, вклинился в плавную речь шаманки и приветливо взмахнул рукой, – Фредо здесь не один.

Карина неспешно повернулась всем корпусом, демонстративно оказывая посмевшему обратиться к ней человеку великую честь, и нескрываемо скривилась.

– И свое присутствие ты считаешь достойной причиной, чтобы перебивать меня, красавец? Такой же невежа, как все мужчины, даром, что в столице обучался! Я говорю не с тобой и, кстати… – девушка воздела тонкий палец, хмуря тонкие брови, – О том, что ты прибудешь, духи рассказали мне еще три дня назад, так что не пытайся произвести на меня впечатление.

– Здесь не только он, – Медведь негромко кашлянул, – Когда ты успела прибыть? Меня не было не больше двух недель…

– Я приехала неделю назад, здоровяк, – Карина гордо приподняла подбородок, – Не буду спрашивать, где тебя носило – мужские дела меня не интересуют.

Фредо, наконец, отпустивший дверь, глубоко вздохнул, скрещивая руки на груди. Беседа со своевольной шаманкой никогда не доставляла ему особенного удовольствия, однако, ввиду некоторых обстоятельств, сейчас Карину приходилось терпеть.

– Это не мужские, – негромко заметил он, – Это наши общие дела, Карина. В королевстве назревает мятеж.

Девушка легко передернула точеными плечиками. Кошка на столе, будто повторяя ее жест, несколько раз махнула хвостом.