Чернокнижник. Корона мертвого короля

БУМ!

Мартын ударил второй раз.

Остатки стекла вылетели под напором звука. Ножки кровати подломились. Перекрытия затрещали, ломаясь и крушась.

Фредо обессиленно уронил доселе вытянутую вперед руку. Огненный купол над его головой погас, но ноофеты этого даже не заметили – их внимание было поглощено страшным напором звука.

– Дьявол… – князь, сидящий на полу на коленях, медленно повернулся и ошалело уставился на лопоухого пирата. Тот воодушевленно тряхнул шевелюрой и ударил в третий раз.

Стоящий ближе прочих монстр взвыл, закричал – совершенно по-человечески, словно и не был никогда чудовищем, – и вдруг умер. Голова его взорвалась, не выдержав давления страшного звука, лопнула, как воздушный шар, забрызгивая кровью пытающегося подняться чернокнижника.

Аркано, которого жуткие звуки против воли заставили прийти в себя, повернулся на живот и, облокотившись о поваленную кровать, по-прежнему щуря рассеченный раной глаз, растерянно воззрился на «музыканта».

– Почему ты сразу не сделал этого?! – прошипел он и, оглянувшись, прицельно пнул согнувшегося и зажавшего уши ноофета по хлипкой коленке, – Давай, парень, бей, бей! Этим тварям, я смотрю, твоя игра нравится…

– Нет, стой! – Фредо, спотыкаясь, бросился к разыгравшемуся пирату. В магии он понимал значительно больше, чем его молочный брат, понимал, чем могут быть опасны зачарованные инструменты – а в том, что барабан к таковым относится, сомнений быть не могло, – и предпочитал остановить опрометчивого Мартына.

– Ты умеешь играть на нем? Или просто лупишь, в надежде, что получится?

Менестрель пожал плечами. Он принципиальной разницы не видел.

– Но ведь получается же, – резонно заметил он, – Отпусти, они ж сейчас очухаются! Вот я их сейчас одним ударом…

– Еще немного – и рядом с ними ты уложишь и нас! – чернокнижник нахмурился и, склонившись, решительно дернул из рук пирата барабан.

Однако, он не учел настырного нрава последнего. Мартын, резко дернувшись вперед, уцепился за инструмент и потянул его к себе.

– Это мой барабан!

Аркано на миг закрыл лицо рукой и, испачкав ее в крови, опустил.