Вынужденное знакомство

Я снова кричал, а он меня опять ухватил и как тряхнет сильно, и сказал, что голову мне свернет. – Саввочка все-таки заплакал, вспомнив тот страшный момент, но рассказывать продолжил, не сбился: – Мама его опять просила нас не трогать и уходить, а он сказал ей, чтобы она открыла дверь и прогнала тетю Полину. А я же знал, что это тетя Полина пришла, она же стучала и громко кричала, чтобы мама открывала, и ее не прогонит никто и никогда вообще, – объяснял малыш.

Следователь кинул короткий взгляд на Полину, усмехнулся и снова обратил все свое внимание на мальчика.

– Мама пошла открывать, а этот злой дядька меня держал, а я все равно закричал, что у нас все плохо. Он меня так больно дернул, а я его укусил, прямо вот так, – и он показал произведенный укус на отцовской кисти, – только сильно-сильно. А он обозлился, заругался и хотел меня ударить, только я испугался очень и как отпрыгнул, и побежал. А потом меня тетя Полина поймала и уже никому не отдала.

– Понятно, – вздохнул следователь и похвалил ребенка: – Ты большой молодец, Савва, и очень смелый мальчик.

– Только я очень сильно испугался, – признался малыш и вдруг спросил, заставив стушеваться всех взрослых, с надеждой посмотрев на следователя: – А мамочка когда вернется?

– Идем, я положу тебя спать, – разбивая повисшее неловкое, бессильное молчание взрослых, преувеличенно бодро предложила Полина, забирая ребенка у Василия, – а то ты уже совсем засыпаешь. А я с тобой посижу рядом.

И заговорила-заговорила особым тихим голосом и ласковыми словами, забалтывая, отвлекая и уводя ребенка от грустных и тревожных мыслей.

После долгих протокольных опросов всех участников – Полины и соседей – следователи наконец уехали, Саввушка давно спал, а они втроем – мама и Вася с Полиной – долго сидели в кухне за столом, пили чай, съели бесподобный капустный пирог, что приготовила Настюша, и все больше молчали, ни словом, ни намеком не коснувшись происшествия. Словно опустошились до дна за этот бесконечный вечер, в круговерти вопросов, изводящих своей безответностью, не имея больше никаких душевных сил что-то еще обсуждать, не зная и откровенно не понимая, что вообще можно говорить в данных обстоятельствах.

Правда, Полина, уйдя в прихожую, громким шепотом, чтобы не потревожить Савву и не услышали Вася с мамой, пыталась объяснить Александру по телефону то, что случилось, старательно избегая деталей и подробностей, о чем настоятельно попросил их всех, даже потребовал следователь.