Моя нечаянная радость

Когда все и вся вокруг кричат и навязывают всяческие пороки, вознося их в ранг особых достижений и достоинств…

Он говорил недолго и скорбно. Потом замолчал на минуту, прикрыл глаза, постоял так, словно прислушиваясь к себе и, снова посмотрев на людей, предложил прочитать вместе молитвы.

Майка стояла, завороженная голосом Старца, мощным воздействием тех слов, что он произносил, практически ничего не замечая вокруг. Но тут кто-то сунул ей в руки молитвослов, открытый уже на нужном месте, она повернулась и увидела, что это незнакомая женщина очень болезненного вида.

Женщина кивнула приветливо, подвинулась ближе к Майе, и они вместе с остальными стали повторять молитву.

Потом еще одну и еще одну.

Затем старец поблагодарил всех за совместную молитву. Снова обвел людей взглядом, обратился к кому-то из толпы, сказав всего несколько слов наставлений, и перекрестил всех широким благословением.

Люди двинулись к крыльцу поближе, но благословлять каждого в отдельности спустился отец Иннокентий, а Старец, медленно пройдя по ступенькам, подошел к группе тех, кого вывели монахи.

Майя с самого начала службы не замечавшая практически ничего вокруг, только сейчас приметила, что у них за спинами находится небольшая открытая беседка, в которой стоит несколько простых стульев и маленький круглый столик, куда и направился Старец, указав жестом той самой женщине, что поделилась с Майей молитвословом, следовать за собой.

Один из монахов прошел вместе с Никоном в беседку, подождал, пока Старец устроится на стуле, поставил перед ним на стол большую глиняную кружку с каким-то напитком, низко поклонился и ушел.

Никон указал женщине на стул рядом с собой, сделал несколько глотков из кружки, пока она усаживалась, отставил кружку и, чуть наклонившись к женщине, заговорил с ней. Разговор был совсем тихий, впрочем никто и не пытался его услышать.

Никто из оставшихся ждать беседы с Никоном девяти человек, не пытался переговариваться, каждый сфокусировался на себе и своих проблемах, что-то обдумывая, видимо, что и как скажет Старцу.

Одна Майя все озиралась недоуменно вокруг, не понимая, как она оказалась в числе избранных из стольких по-настоящему нуждающихся и страждущих людей и как придется извиняться и оправдываться перед святым человеком за свою ерундовую проблему и объяснять ему, что он ошибся, выбрав ее.

Она ужасно от этого маялась и снова чувствовала себя кругом виноватой.