Дневник Рыжего

– Луку попроси. Он таким занимается. Ноутбук я у него чинил. И в школу он интернет наладил. Это как бы его работа.

Наташа ухмыльнулась. Кузьма, Лука – что за имена? Словно из сказок.

– Его нет.

– Значит, скоро приедет. Попроси. Он тебе по-соседски, бесплатно, сделает.

Наташа видела, что Кузьма мнётся, не хочет уходить, но не знает, о чем говорить. При такой выразительной мужской внешности у него точно не было проблем с досугом. Видимо, она его заинтриговала, как что-то новенькое. Судя по всему, на местных барышнях он уже обкатал свою харизму, поэтому его потянуло на городскую тощую экзотику.

– Попрошу. Ты, случайно, не знаешь, чей индюк?

– Какой индюк?

– Бродит тут один агрессивный индюк и раздает инфаркты.

Кузьма вскинул рыжие брови, оглядел двор за плечом Наташи.

– Индюк, значит? А, кроме индюка, все… обычно?

Наташа сразу же закрылась, словно моллюск захлопнулась в раковине. О своих галлюцинациях и их причинах ей рассказывать не хотелось.

– Обычно.

– Помощь хрупкой девушке не нужна? – вежливо и игриво предложил Кузьма.

Наташа сразу вспомнила о ревизии сарая.

– Нужна. Нашла тут старый велосипед со спущенными камерами. Не знаю, к кому обратиться за помощью. Есть в вашей деревне мастерская?

Кузьма фыркнул.

– Я сам починю. Только инструменты с собой в следующий раз захвачу.

Наташа на несколько секунд задумалась и нехотя кивнула. Велосипед ей не помешает, а Кузьма не вызывал раздражения. Пока только интриговал. Можно сказать, ему повезло, что он рыжий.

– Буду благодарна.

Она сделала шаг назад, показывая, что беседа закончена. Но Кузьма всё ещё стоял, будто ждал приглашения в дом или продолжения разговора. Переступив с ноги на ногу, разочарованно вздохнул.

– Ну ладно, я пошёл. Увидимся позже, – снова замялся, – у велика.

– Пока.

До вечера Наташа снова мастерила украшения и то и дело возвращалась мыслями к почтальону. Это в пятнадцать лет она, как Рыжий, сомневалась в себе и могла распознать симпатию, а сейчас трезво оценивала флирт Кузьмы.

На закате она закончила бусы из турмалина – больше метра чёрных гладких бусин. Подгоняла себя с какой-то мистической уверенностью, что нужно успеть до последнего солнечного луча, и сама же злилась, что в голову лезет такая чушь. Это всё деревня, задурили ей тут голову разной чертовщиной.