Босиком за ветром

Её муж выпивал, но в трезвом состоянии тоже любил поесть.

Витёк открутил крышку и жадно присосался к горлышку, Джек выхватил у него бутылку и залпом отпил треть лимонада, Машук ткнула брата в бок.

– Хорош, дай мне, выдул почти всю газировку!

Пока Машка пила, Джек и Витёк состязались в громкости и продолжительности отрыжек, а Крис наблюдал за ними с откровенной брезгливостью. Машка всучила ему бутылку.

– На. Можешь всё допивать. Там на донышке.

Крис взял бутылку, взболтал оставшуюся жидкость и сразу же вернул.

Слюней там было поровну с лимонадом, а ещё плавали крошки от печенья, которое Джек ел до появления мамы Витька.

Он протянул бутылку Маше.

– Не люблю лимонад.

Дима наблюдал за ними со стороны, но услышал слова Криса, громко засмеялся, правда, объяснить причину веселья не успел. Из двора тёти Светы выбежала мама Витька, испуганная и растерянная. Пробежала мимо ребят, вернулась, схватилась за голову и замерла в странной позе, словно остановилась на середине движения.

– Тётя Света повесилась!

Джек пошатнулся.

– Как повесилась?

– В сарае, над загоном с поросями. Беги к папе быстрее, а я к главе, нужно участкового вызвать.

Крис так и застыл с бутылкой недопитого лимонада. Эта новость прозвучала настолько неожиданно и инородно, что он не знал, как на неё реагировать. Минуту назад они играли в «Пекаря», Дима практиковался в оскорблениях, а он судорожно придумывал, как выкрутиться из неудобной ситуации и не показаться при этом тряпкой. А в это время кто-то так сильно разлюбил жизнь, что расстался с ней.

В сарае. Над загоном с «поросями».

Позже по улице бродили озабоченные печальные люди, ездили машины с важными чиновниками и не такими важными родственниками. Вернулась баба Люба, злая и уставшая. Прикрикнула на суетливых женщин, по неосторожности подошедших слишком близко к её палисаднику. Местный почтальон тётя Женя с огромной сумкой, которую она носила как барсетку, и незнакомая женщина, тоже, наверное, какая-нибудь тётя, сразу же отошли. А крупная дама в пятнистом халате сдвинулась нарочно медленно, всем своим видом показывая, что делает одолжение.

Крис не особенно запоминал имена местных, но эту назвали совсем уж чудно – Поликарповна. Она встала рядом с мамой Вити, притянула к себе ещё почтальона и незнакомую «тётю» и с жадным любопытством наблюдала за разворачивающейся трагедией. Ждала, когда проедет грузовик, вызванный из Абинска, и, словно кровожадный радар, ловила горькие эмоции сыновей тёти Светы.