Попаданка между мирами

Но Рувельт был далеко не глуп, при всей своей скупости. Он с первого взгляда определял, что за гость перед ним. Крестьянам и мелким торговцам, заглядывавшим на постоялый двор, подавалось кислое пиво и сухие лепешки. Тем, кто побогаче, – полноценный обед. А если к Рувельту приезжал кто-то из знати, что случалось крайне редко, путешественника ждала бутылка старого вина, свежие овощи и отличное жаркое.

Думаю, у кухарки имелись хорошие продукты на этот случай. Правда, потом Рувельт сдирал с гостя столько денег, что хватило бы неделю кормить целую семью.

Слуг Рувельт за людей не считал. Мог накричать, лишить платы за день и даже избить. Лучше всех он относился к кухарке, и то потому, что найти кого-то на её место было бы сложно. Лару и Миртена он называл бездельниками, несмотря на то, что парни не имели ни одной свободной минуты. Рухим, самый маленький и слабый из всех, старался не попадаться ему на глаза. Я же порой путала вино и пиво, предназначенное для гостей, плохо – по мнению хозяина – убирала в комнатах, но он редко повышал на меня голос.

Зато провожал странным взглядом, от которого у меня поджилки тряслись.

Моя работа начиналась с первыми лучами солнца. Спасибо Рухиму, который каждый раз будил меня стуком в дверь. Без мальчика я бы постоянно опаздывала.

Умывшись, и съев оставшийся с ужина кусок хлеба, я спускалась на кухню. Там всегда требовалась помощь – почистить овощи, принести воды, помыть посуду. Зара встречала меня сухим кивком. Почему-то я ей не нравилась.

Я знала, что она уже не раз намекала хозяину, что «эту белорукую дону» следует выгнать, и взять какую-нибудь деревенскую девушку.

Закончив работу на кухне, я поднималась в комнаты. Их было шесть, но свободными оставались обычно одна или две. Вытерев пыль и вымыв пол, я спускалась в общий зал в ожидании гостей, которым будет нужно подавать еду или вино.

За день я уставала так, что с трудом поднималась по лестнице в свою мансарду. Руки и ноги ныли, голова кружилась от недостатка сна, желудок сводило от голода.

Несколько кусочков хлеба, тарелка подгоревшей каши, остатки супа с овощами – вот и всё, чем мне удалось перекусить. Не удивительно, что Рухим и другие слуги были худыми.

Я все чаще задумывалась над тем, чтобы сбежать. Но пешком до столицы или другого крупного города не доберешься. Мне нужны попутчики, которые возьмут с собой, но в последние дни к Рувельту заглядывали только крестьяне. Никто из них не собирался в город.