Под созвездием Падшего Ангела

– Но принц за мной кинулся! – Джастин села. – Хотя сама удивляюсь, как он умудрился увидеть морок! Да и когда поймал, так и не понял, что попало к нему в руки.

Она через одежду потерла грудь, до сих пор чувствуя крепкую хватку Родерика.

– Он бросился не за тобой, а за тем неведомым, что блуждало по замку. Твой морок вызвал у него интерес.

– По–хорошему вернуться бы туда, – Джас снова легла на спину. Хельг, примостившись рядом, закинул руки, сцепленные в замок, под голову. Оба уставились на созвездие Падшего Ангела.

– Не смей. Тебя будут поджидать. И в этот раз, уверен, они не выпустят тебя из своих когтей.

– Как я и думала, птахи что–то затевают против нас, – Джас вздохнула. – Утром принц Кайл и его приспешники договорились обсудить судьбу Долины.

– А ты их вспугнула. Теперь они не решатся говорить о своих планах даже шепотом. Поняли, что в замке шастают незримые лазутчики. Отныне Орлиное гнездо – твоя ловушка. Поэтому ни шага в ту сторону. Ты меня поняла? Ни со мной, ни без меня.

Джас осталось только кивнуть.

Пока шли до кузницы, Джастина рассказала другу то немногое, о чем узнала в Орлином гнезде, скрыв, правда, что застала принца в постели с женщиной. Сам Хельгерт не заметил, что стрелял в голого летуна, а потому разумнее было бы умолчать о деталях нежданной встречи.

Хельг погремел замком, отпирая дверь в сарай. Пропустил сначала подругу, потом зашел сам и с хозяйской сноровкой запалил лампу.

Джас скинула с себя заговоренную курточку и тут же почувствовала разницу – в сарае было холодно. Поневоле начала клацать зубами. Хоть дощатый сарай и выглядел крепким, ледяной ветер лихо задувал в щели. Намокшие волосы пришлось распустить. Если бы не сиганули с обрыва в реку и не погрузились в нее с головой, сейчас не пришлось бы возиться еще и с косами. Не зря же завязывала узлом на макушке. Теперь они холодили спину и добавляли дрожи.

– Что с тобой? – откликнулся из своего угла Хельг.

– Да что–то с–с–сегодня особенно холодно. Зуб на зуб не попадает. Сапоги еле сняла, воды напитались. Говорила же, надо их тоже заговорить.

Джас торопливо напялила нижнюю рубашку. Потопталась на месте, чтобы с бедер свалились кожаные штаны. Кинув их и куртку на перегородку между седлами, Тина сунула ноги в башмаки и потянулась за платьем, но неожиданно попала в объятия сына кузнеца.