На углу Пскопской и Йеллопуху

– Можешь идти в сад, – было заметно, что Исиде не терпится выпроводить Макара. – Не забудь надеть шапку, милый. И не отходи от новенькой ни на шаг.

– Ни днем, ни ночью, – Галатея подтолкнула Макара к выходу, но он успел заметить, как над столом поплыла картинка – нагой Сапфир купался в водопаде.

А за дверью студента ждал грустный Хочь.

Глава 8. Немного о любви и странном тумане

– Я выведу тебя в сад короткой дорогой, – Хочь шел чуть впереди, его усы опять можно было заправить за пояс брюк, тем более что на этот раз он находился в образе неудачника, штаны которого начинались сразу под грудью.

– Не вешай нос, друг. У каждого из нас бывают плохие дни.

Хочь не оглянулся, но по напрягшимся плечам было видно, что услышал.

– Сторк Игеворг отчитал не только тебя, досталось всем.

– Сторк Игеворг? – Хочь даже притормозил. – Ты думаешь, что я едва не наступаю на свои усы из–за сторка Игеворга? Да пусть бы он сжег меня взглядом, но, даже осыпаясь пеплом, я бы не почувствовал и доли того, что ощущаю сейчас. Я видел слезы любимой женщины. Я подвел ее! И я рад, что она не сдержалась. Пощечина – это проявление неравнодушия. Я бы не пережил, если бы она развернулась и ушла.

– Так любишь? – Макара поразила откровенность и сила чувств Хочь–Убея.

– Я же сказал, что не смог бы жить без нее, – произнес он.

Как же быстро меняется метаморф! Только что он был неудачником, готовым расплакаться, а теперь рядом с Макаром шел мужчина, который выглядел, как самый романтичный принц из диснеевских сказок. Стройная фигура, гордо поднятая голова, мягкий голос, затуманенный взор.

– Она замечательная, – тихо проговорил Хочь. – Она такая разная, что каждый раз удивляет меня.

– Тоже метаморф?

– Нет. Я смотрю на нее и не могу понять, почему она выбрала меня?

– Наверное, ей нужен мужчина, который и сам все время разный.

Хочь растеряно посмотрел на свои руки, ставшие аристократическими и холеными, тряхнул золотистыми волосами до плеч.

– Проклятье! – Безусое лицо пошло красными пятнами. Хочь прибавил ходу, и теперь Макар видел человека, который всю жизнь служил в армии. Ровная спина, чеканный шаг.