Не предавай любовь

Скорее всего, потом к Лане своей поедет.

– Вот и хорошо, – сказал отец. – Нужно поговорить. Катя, посиди пока тут, отдохни, сейчас все будет.

Отец пошел наверх по лестнице, оглянулся через плечо на пасынка, поднял бровь. Глеб медленно отделился от камина. Он опять глядел на Катю. Катя осмелилась посмотреть ему в глаза, в конце концов, они знакомы и даже общались. Взгляд у парня был очень красноречивым, и Катя поняла, что хорошего отношения к себе со стороны сводного брата ждать не стоит, ни в этом доме, ни в школе.

А если в кафе он действительно заговорил с ней, чтобы позлить приятеля, тем более.

Она осталась одна в гостиной. Наверху скрипнула дверь и до Кати донеслось бубненье голосов. И она решилась – сняла туфли, взяла их в руки и в одних носках скользнула вверх по лестнице. Смешно и стыдно будет, если в доме есть еще кто-то и ее увидят. Но ей просто необходимо услышать, о чем говорят наверху. Если все очень плохо, она уйдет. Поедет к дедушке, и будь что будет. Ей здесь страшно.

И еще как-то… тоскливо и холодно, словно она попала в замок Снежной Королевы. Может, она и преувеличивает, но обычно ее интуиции не ошибается. Даже мама, если нужно принять сложное решение, иногда просит:

– Кать, прислушайся к своим ощущениям. Стоит мне в это лезть или нет?

Катя еще ни разу не ошибалась.

Наверху был коридор со множеством дверей. Из одной комнаты через щель доносились голоса. Слышно было плохо, поэтому Катя поднялась повыше. В комнате как раз замолчали, а потом отец сказал:

– Я все понимаю.

Неожиданно. Неудобно, наверное, но не конец же света. Десять дней.

– Тебе мало одного выбл*дка в доме, – лениво произнес Глеб. – Ты еще одного притащил? Мне подарок на днюху?

– Хватит острить! Знай меру. Я терплю-терплю и однажды не выдержу.

– И что сделаешь?

– О себе говорить можешь, что угодно, но не о Кате, – сухо сказал отец. И добавил, явно в сердцах: – Когда ты подрастешь уже?

– Годам к сорока, как ты.

– Глеб, пойми, я в этом доме только тебе доверять могу.

– Напрасно.

– Нет, не напрасно. Я знаю, что ты нормальный парень, только делаешь вид, что ты хуже, чем есть. Маме всегда некогда, а Кирилл… это Кирилл.

– Вот с этого и надо было начинать. Боишься за доченьку?

– Боюсь.

– Ты, может, плохо ее знаешь. Может, она стойкая.

– Зато я хорошо знаю твоего дядю. Катя еще ребенок, а у Кирилла на меня зуб. Опасаюсь, как бы он не решил воспользоваться случаем.